1. Проблемы в проведении границы между коллективной и индивидуальной памятью.

Вопреки классику исследований памяти Морису Хальбваксу, полностью отрицающего индивидуальный характер исторической памяти, Кайнштайнер предлагает такое определение: культурные системы наделяют индивидуальный опыт смыслом через знаки и символы, которые входят в инвентарь этих систем и встраивают этот опыт внутрь них. Collected memory разных людей становится collective memory сообщества в результате коммуникации на языке этих символов.

2. Гомогенизация коллективной памяти.

Учёные склонны представлять память одного сообщества как единый нарратив, который разделяют все его члены. В действительности даже непосредственные свидетели исторических событий помнят и осмысляют их неодинаково, в особенности если свидетелей много, поэтому для исследователя памяти важно внимание к рассказу каждого его информанта.

3. Не учитывание всех акторов исторической памяти.

По убеждениям Кайнштайнера, в процессе репрезентации исторических событий участвуют три главных актора: те, кто конструируют нарративы, их трансляторы и аудитория. (с этим тезисом можно спорить) Исследователи часто изучают монументы, музеи, исторические нарративы в медиа - то есть, память в момент ее конструирования, но реже учитывают рецепцию и интерпретацию аудиториями: например, что рассказывают о них зрители, как критикуют, какие воспоминания оживляют в ответ.

4. Использование терминологии психоанализа для исследований исторической памяти.

Концепты «травмы», «бессознательного», «репрессии воспоминаний» - метафоры из психоаналитического языка, которые должны с осторожностью прикладываться к общественным явлениям. Так, например, за «репрессией воспоминаний» часто стоят нарушения каналов устной передачи, а не реальная психологическая травма сообщества.

Для исследований устной памяти актуальна критика Кайнштайнера, касающаяся источников
Источником может не быть не только речевая коммуникация, но и, например, радио, социальные сети, книги, предметы быта и т.д. - все они по-разному конструируют знания о прошлом в сознании человека. Часто носители коллективной памяти, по утверждению Кайнштайнера, не помнят, откуда они получили свое «воспоминание» о прошлом.

Наконец, Кайнштейнер предлагает следующую концептуальную рамку, чтобы отделить обычную память от исторической. Человеческие воспоминания сами по себе - не историческая память, но из набора тех воспоминаний, что хранит человек или общество (исследователь называет их «потенциальной памятью»), отбираются и актуализируются в ответ на современные события некоторые из них, становясь политически окрашенными.