#музыка_classic

Провалился в кротовую нору "Gloomy Sunday", или Мрачного воскресенья. Уверен, хотя бы раз в жизни каждый слышал эту болезненную, преисполненную уныния балладу, написанную венгерским пианистом Рёже Шерешем почти столетие назад. Печальный мотив, вскоре подкреплённый суицидальной лирикой Ласло Явора, закрепил за собой славу дурного вестника, за которой по пятам следовали официальные запреты; не помогло репутации песни и самоубийство самого создателя. Пожалуй, из всех версий исполнения на мировой арене лучше всех прижилась джазовая интерпретация Билли Холидей.

Впрочем, вместо того, чтобы в сотый раз разжёвывать эту городскую легенду, расскажу о двух наиболее известных русскоязычных версиях.

Первую на 4 года раньше, чем Холидей, исполнил Пётр Лещенко aka "Сердце, тебе не хочется покоя". Вслед за Второй мировой певец, как и герой композиции, будет разлучён с возлюбленной - впрочем, на месте несчастной жертвы окажется он сам, севший в румынский лагерь и осуждённый за измену родине.

Автором второй стал "свободный казак" из Финляндии Виктор Клименко, и она куда более экзотична. Аранжировка звучит так, словно Нино Рота приехал на крайний русский север выпить водки с не весть откуда залётным табором; оригинальный текст же сменило духовное стихотворение Арсения Голенищева-Кутузова, прежде уже возложенное на музыку самим Рахманиновым. Это исполнение оказалось не менее пророческим: не прошло и десятилетия, как артист впал в клиническую депрессию. По собственным словам, прямо перед Пасхой держа пистолет у виска в своём рабочем кабинете, Клименко окинул взглядом комнату, будто ища последнего спасительного глотка кислорода, и увидел Библию. Прочтя пару стихов, Виктор решил покинуть эстраду и переключиться на духовные песни и проповеди.