Маша does therapy

Контекстуальные факторы тревоги

Когда мы говорим о тревоге, часто начинаем с того, что происходит внутри человека: как он оценивает угрозу, реагирует на неопределенность, беспокоится ли. Конечно рассматриваем ситации, которые могут вызвать тревогу, но тревога не всегда может быть связана с отдельным событием. Иногда ее может поддерживать более широкий контекст жизни - обстоятельства, в которых мы живем.

Нестабильность дохода и занятости, неопределенность с жильем, нестабильность отношений, отсутствие поддержки - все это может вляить на то насколько тревожно вы себя чувствуете. И можно это понять, в таких условиях очень трудно планировать будущее и опираться на ощущение устойчивости жизни.

В исследованиях занятости используют такое понятие как прекарность - им обычно описывают неустойчивые условия труда. В более широком социальном смысле прекарность связана с неустойчивостью условий жизни и ограниченными возможностями влиять на них.

Чем выше такая неустойчивость, тем труднее сохранять ощущение предсказуемости и строить планы: не понятно сохранится ли работа, хватит ли дохода, будет ли доступна какая-то помощь. Очень много неопределнности, и неопределенность здесь не сводится к тому, как человек воспринимает ситуацию: она является частью самой ситуации.

Это различие важно, когда мы думаем о том, как помочь себе. Если рассматривать тревогу только как индивидуальную трудность, то можно не заметить, что она поддерживается внешними условиями. Тогда вся ответственность за то, чтобы справиться, как будто оказывается на самом человеке: ему предлагают менять отношение к ситуации, хотя сама ситуация остается очень нестабильной.

Конечно, это не означает, что любая тревога вызвана прекарностью или что работа с собой бесполезна. Я пишу это, чтобы напомнить вам: иногда мы чувствуем себя так, потому что обстоятельства действительно неопределенны и трудны. Не все меняется только благодаря тому, что мы работаем над собой. Индивидуальные процессы и реальные условия жизни нужно рассматривать вместе. Иногда важно научиться иначе относиться к неопределенности, а иногда важно признать, что тревогу поддерживает внешняя нестабильность, и подумать, где в этих условиях можно найти больше опоры и определенности.

Корректирующий эмоциональный опыт-это опыт повторного столкновения с эмоционально значимой ситуацией, но уже в условиях, отличающихся от тех, в которых первоначально сформировался проблемный паттерн.

Именно он позволяет пережить ситуацию иначе и тем самым скорректировать сформированные ранее паттерны. Это те ситуации, когда мы сталкиваемся с разрывом между тем, чего мы ожидали, и тем, что произошло на самом деле.

А еще это - ключ к изменениям. И, может быть, одно из лучших пониманий того, что может давать психотерапия. Часто кажется, что ее задача - это инсайт. Но скорее - новый опыт. Новый корректирующий эмоциональный опыт.

В нашей жизни происходит множество событий, которые впоследствии задают рамку того, как мы воспринимаем себя, других людей и мир. Постепенно вокруг нас вырастает своеобразный забор из убеждений, основанных на прошлом опыте. Мы можем внимательно рассматривать каждую его дощечку, пытаться понять, откуда она взялась, но иногда больше всего нам нужно выйти за пределы этого забора.

Осознаем мы это или нет, но наши убеждения влияют на нашу жизнь. И чем категоричнее они, тем больше они буду влиять на наши реакции и повдение. Они могут звучать так: «Никому нельзя доверять». «Чтобы ко мне хорошо относились, мне нужно все делать правильно». «Если я покажу слабость, меня отвергнут» и т.д. И просто понять, что нет это не так, часто недостаточно, нам нужно пережить этот абсолютно другой опыт.

Мне особенно нравится в этой концепции, то что новый опыт часто работает как эффект домино. Он способен запускать цепочки последующих изменений. Один новый опыт меняет ожидания, с которыми человек входит в следующую ситуацию, а это, в свою очередь, создает условия для получения нового опыта.

Например, человек обнаруживает, что может выразить несогласие другу и отношения при этом не разрушаются. Затем оказывается способен сделать это в других отношениях. Позже обсудить что-то, что его не устраивает на работе. Один корректирующий опыт постепенно начинает влиять на целый ряд последующих ситуаций.

Так вот задача терапии - помочь человеку получить новый опыт как во время сессий, так и за ее пределами. Он может возникать в результате взаимодействия с терапевтом, в результате поведенческих экспериментов и тренировки нового повоедения, но что самое главное - мы можем и нам даже нужно получать корректирующий эмоциональный опыт и в повседневной жизни: благодаря новым дружеским или романтическим отношениям, новым занятиям, участию в какой-то деятельности, в тех ситуациях, когда мы пробуем что-то, рискуем, когда встречаемся с трудностями и проходим через них.

Нам часто кажется, что после важного инсайта, мы уже не сможем смотреть на ситуацию по-прежнему. Но одного понимания далеко не всегда достаточно для изменений. Но вот, если стокнуться со значимым корректирующим эмоциональным опытом и не один раз, то это уже забыть не получится. Это переживание останется с вами навсегда.

Фрагмент из фильма «Боб Тревино поставил лайк»

Когда будет набор в следующую группу?

Новый поток тренинга навыков РО ДБТ планируется в ноябре. За анонсами можно следить в канале центра или заранее записаться в лист ожидания через администратора - участников из листа ожидания мы информируем первыми.

А новая группа по работе с ОКР стартует 19 сентября. Узнать подробности и записаться можно также через администратора центра: @albatrosadmin

Что почитать про гиперконтроль?

Я собирала большую подборку рекомендаций вот здесь 📚

Как понять, какой метод и формат терапии мне подойдут?

Отталкиваться лучше всегда от проблемы, запроса и того, какой формат работы вам сейчас доступен. Иногда разобраться в этом самостоятельно сложно, тогда варианты можно обсудить со специалистом на первой встрече. Поэтому на группы есть собеседования.

И вот тут можно почитать :

📎 Чем группа отличается от индивидуальной работы
📎Какой подход выбрать

Думаю, каждый психотерапевтический подход рано или поздно сталкивается с критикой. КБТ часто упрекают в ограниченности и недостаточной глубине.

Есть ли у КБТ ограничения? Безусловно, как и у любого другого подхода. Универсальной терапии, одинаково хорошо помогающей каждому человеку, с любым запросом и в любых условиях, пока не существует.

Средний эффект в исследовании не означает, что вмешательство поможет каждому. Результаты зависят от расстройства, формата терапии, условий сравнения и качества исследований. У КБТ накоплена сильная доказательная база, но нет свидетельств универсальности метода.

С «глубиной» все сложнее. Это не устоявшийся научный конструкт, а метафора, под которой могут подразумевать работу с детством и первопричиной проблем. Но глубиной можно назвать и то, насколько хорошо терапевт с помощью выбранного метода понимает проблему конкретного человека: ее происхождение, контекст, поддерживающие механизмы и проявления в настоящем, а также то насколько устойчивыми будут изменения. В общем, пока критерий не назван, утверждение о «неглубокой терапии» невозможно ни подтвердить, ни опровергнуть.

К слову про работу с первопричиной. Все-таки психологические проблемы редко имеют какую-то одну первопричину: обычно они возникают и сохраняются благодаря взаимодействию опыта, уязвимости, контекста и поддерживающих механизмов. КБТ может учитывать происхождение проблемы, но особенно интересуется тем, почему она продолжается сейчас и что способно это изменить.

Возможно представление о поверхностности КБТ может возникать из-за ее заметных инструментов: таблиц, дневников, домашних заданий и поведенческих экспериментов. Но техника не равна методу.

Метод включает теоретические основания, модель возникновения и поддержания проблемы, принципы концептуализации и предполагаемые механизмы изменений. У КБТ накоплена значительная исследовательская и клиническая база. Кроме того, КБТ давно не однородно - это семейство подходов, различающихся теориями, мишенями и механизмами изменений.

Современные модели работают не только с мыслями и наблюдаемым поведением, но и с метакогнитивными процессами, эмоциями, отношением к внутреннему опыту, ценностями, межличностными паттернами и контекстом.

При этом один и тот же метод в руках разных специалистов может выглядеть совершенно по-разному. Поэтому важно не путать заявленный подход с качеством реальной практики.

Исследования показывают различия в результатах между терапевтами, а терапевтический альянс устойчиво связан с исходом терапии. Это не означает, что метод не имеет значения и терапия сводится только к отношениям. Но эффективность подхода нельзя полностью отделить от того, кто, как и в каких условиях его реализует.

Есть теория метода, протокол для определенной проблемы и популяции, конкретный терапевт, его компетентность и клиническое мышление, отношения с клиентом и контекст помощи. На каждом уровне возникают свои ограничения.

Поэтому мне близка формулировка: ограничения терапевта не равны ограничениям метода, но метод не существует отдельно от терапевта.

Клиент встречается не с абстрактной психотерапевтической моделью, а со специалистом, который понимает случай, формулирует поддерживающие механизмы, выбирает мишени, строит отношения, предлагает вмешательства и меняет гипотезу, если терапия не движется.

Поэтому под одним названием метода может скрываться вдумчивая работа, основанная на индивидуальной концептуализации, или набор рандомных техник.

Для начинающего специалиста важнее не найти подход «без ограничений», а глубоко освоить выбранную модель: понимать не только, что в ней делают, но и почему, знать, на каких данных она основана, замечать границы собственной компетенции и распознавать ситуации, в которых привычного объяснения становится недостаточно и учиться смотреть шире.

Завершу эту серию Q&A вот этим вопросом про работу:

Добрый день, Мария! Хотелось начать с маленькой предыстории, узнала я о вас впервые благодаря шоу Справиться проще пару лет назад. Привлек ваш ответственный подход к работе, до сих пор помню ваши выражения о важности концептуализации в кпт-терапии и правильно выбранной мишени.
К слову, с того времени я успела закончить профессиональную переподготовку на психолога консультанта и сейчас изучаю КПТ-терапию. Всё чаще сталкиваюсь с мнением, что КПТ достаточно ограниченный подход и не со всеми запросами в нем можно качественно (для клиента) поработать. Как у начинающего специалиста, у меня это вызывает некоторую тревогу. Могли бы поделиться своим мнением на этот счет? И в целом буду благодарна, если дадите несколько советов для начинашек-психологов. На что первое время опираться в личной практике и как безопасно ее развивать и для клиента и для себя?
Заранее благодарю! 🫶🏻Много полезной информации читаю в вашем телеграм-канале

⤵️

📖Книжная рекомендация

Увидела, что на русском языке вышел перевод книги Джонатана Абрамовича «ОКР. Как совладать с навязчивыми мыслями».

Абрамович - один из самых известных исследователей ОКР. Значительная часть его научной и клинической работы посвящена экспозиционной терапии, механизмам поддержания ОКР и роли семьи в процессе восстановления.

Эта книга написана специально для близких. В ней описывается, как работает ОКР, как семья незаметно вовлекается в ритуалы и избегание и, главное, как поддерживать человека, не поддерживая при этом само расстройство.

Мне понравилось, что в книге много примеров и конкретных рекомендаций: как отвечать на просьбы о заверениях, устанавливать границы, поддерживать лечение и при этом заботиться о себе. Поэтому рекомендую ознакомиться.

«Если вы оберегаете близкого, у него нет шанса осознать, что он справляется лучше, чем вы оба полагаете».

Как помочь и поддержать человека, у которого окр (связанно с чистотой)

Видеть страдания близкого человека непросто, и естественной реакцией будет желание как-то помочь ему. Но в случае с ОКР важно понимать, какая помощь действительно поддерживает человека, а какая незаметно начинает поддерживать само расстройство.

Одна из частых трудностей, с которой можно столкнуться, - это вовлечение семьи в ритуалы. Часто из-за желания помочь близкие начинают участвовать в дополнительных гигиенических процедурах, обрабатывать вещи, которые сами не считают загрязненными, брать на себя часть перепроверок, помогать избегать «опасных» мест или многократно заверять человека, что все чисто и он точно ничем не заразится. И это технически ему немного помогает т.к. снижает тревогу, но не помогает справиться с самим ОКР, а только поддерживает симптомы.

Поэтому я бы сказала, что основная поддержка со стороны близких будет заключаться в том, чтобы различать, где вы поддерживаете ОКР, а где уже вашего близкого.

Ниже несколько рекомендаций:

• Изучите немного, что из себя представляет ОКР. Важно понимать, что такое обсессии и компульсии и как именно они проявляются у вашего близкого. Это поможет лучше понимать его состояние и замечать ситуации, в которых вас пытается вовлечь в свой цикл уже само ОКР.

• Не участвуйте в ритуалах и избегании. Старайтесь не выполнять дополнительные правила чистоты, продиктованные ОКР и не перестраивайте постепенно всю семейную жизнь вокруг страхов человека. По возможности семье важно сохранять привычную рутину.

• Бережно отказывайте в заверениях. Ваш близкий может многократно спрашивать: «А это точно чистое?», «Я мог заразиться?». Повторные заверения обычно приносят лишь кратковременное облегчение, после которого сомнения возвращаются и возникает потребность спросить снова.

При этом отказ от заверения не должен быть грубым. Здесь важно удерживать баланс между валидацией переживаний и отказом поддерживать симптом:

«Я понимаю, что тебе сейчас очень тревожно и хочется получить точный ответ. Но я не буду снова отвечать на этот вопрос, потому что это поможет ОКР, а не тебе. Я могу побыть рядом, пока тревога постепенно снижается».

• Обсудите какая поддержка может быть особенно нужна вашему близкому. Можно признавать, насколько ему трудно, оставаться рядом, выслушивать, напоминать о навыках, которые он осваивает в терапии, и поддерживать его попытки выдерживать тревогу без ритуала.

• Не становитесь для него терапевтом, то есть не следите за симптомами, не устраивайте экспозиции, но при необходимости вы можете помочь обратиться за профессиональной помощью

Да, и не забывайте заботиться о себе. Жизнь рядом с ОКР изматывает всех. Поэтому важно сохранять собственные границы и помнить, что вам тоже может быть нужна поддержка.

Кажется, я прочитала уже все ваши тексты про гиперконтроль и посмотрела все видео. Во многом узнаю себя и понимаю, что моя постоянная тревога и периодические провалы в апатию могут быть с ним связаны. Но в терапию не иду, потому что боюсь стать ленивой и перестать что-либо делать. Что с этим можно сделать?

Я не буду убеждать вас, что у гиперконтроля нет преимуществ. Высокий самоконтроль часто помогает придерживаться планов и последовательно двигаться к долгосрочным целям.

Проблемой становится скорее его ригидная форма.
Можно представить себе самоконтроль как регулятор громкости: в одних ситуациях его действительно полезно выкрутить почти на максимум, но постоянно жить на такой громкости может быть очень тяжело.

Например, тщательно готовиться к важной рабочей встрече может быть разумным. Прокручивать в голове ответ и подбирать слова в разговоре с приятелем - уже чрезмерное обдумывание и подготовка. Продолжить работу перед важным дедлайном может быть иногда целесообразно, не позволить себе взять больничный потому что «нельзя расслабляться», уже та же способность, которая начинает мешать.

Поэтому целью терапии является не снижение самоконтроля как способности, а развитие гибкости в его применении. В процессе терапии мы обычно исследуем, насколько поведение соответствует актуальным целям и обстоятельствам, а насколько определяется правилами.

Терапия может помочь изменить то, как вы действуете и обращаетесь с собой, но она не сделает из вас другого человека. Если вы ответственный и амбициозный, то вы таким и останетесь, просто теперь сможете еще и отдыхать и не всегда быть продуктивным 😉

Есть ли у вас самой какие-то диагнозы или симптомы?)

У меня нет диагностированных психических расстройств и клинически значимых симптомов. Под симптомами здесь я имею в виду не отдельные неприятные эмоции или реакции, а устойчивые проявления, например, выраженную тревогу, подавленность, навязчивые мысли и т.п., которые причиняют человеку существенный дискомфорт.

При этом я, конечно, как любой живой человек, испытываю тревогу, грущу, злюсь и сталкиваюсь со сложностями, переживаю из-за чего-то.

Если посмотреть примерно на десять лет назад, я думаю, что в тот период у меня возможно были проявления генерализованного тревожного расстройства. Я также часто говорю о том, что нахожусь на спектре гиперконтроля. И думаю, что если бы я не работала с этим, то это вполне могло привести к более серьезным проблемам, например, клинической депрессии, которая нередко встречается при выраженном гиперконтроле.

Но последние 14 лет я изучаю клиническую психологию, много лет нахожусь в личной терапии и как практикующий психолог стараюсь применять в собственной жизни то, что обсуждаю с клиентами. И это, конечно, помогает.

Это не избавляет меня от обычных жизненных трудностей и не делает постоянно спокойным и счастливым человеком 🙃 Но очень помогает лучше понимать происходящее со мной, поддерживать себя и иначе справляться со сложными периодами.

Тут небольшое напоминание: наше психическое состояние определяется не только тем, насколько хорошо мы умеем справляться. Имеют значение биологическая предрасположенность, прошлый опыт, текущий контекст жизни и нагрузки, с которыми мы сталкиваемся.

Что такое мысли и что такое эмоции? Можете, пожалуйста, объяснить простыми словами природу их возникновения? Почему им надо/не надо верить? Интересуюсь как ОКРщик))

Если опираться на те данные, которые у нас сейчас есть, то:

Мысли - это продукт когнитивной деятельности, с помощью которых психика представляет и обрабатывает информацию. Они могут существовать в форме внутренней речи -слов, фраз и рассуждений, а также в форме образов или воспоминаний. Мысли возникают под влиянием текущей ситуации, прошлого опыта, внимания, эмоционального и физического состояния, а многие мысли возникают автоматически: мы не выбираем заранее, какая ассоциация или образ появится в сознании. Тут можно вспомнить, как неожиданно в голове играет песня из рекламы, которую мы видели 10 лет назад.

Эмоция - это комплексная психофизиологическая реакция на событие, которое имеет для человека определенное значение. В нее входят субъективное переживание, изменения в работе организма и готовность действовать определенным образом. Например, страх может сопровождаться учащенным сердцебиением, сужением внимания и побуждением избежать опасности.

Но и мысль, и эмоция отражают не саму реальность, а скорее результат ее обработки нашей психикой. Поэтому мы можем чувствовать и думать разное в одной и той же ситуации. Поэтому появление мысли не доказывает ее истинность.

Для ОКР это особенно важно. Интрузивные мысли представляют форму автоматической когнитивной активности: они возникают непроизвольно, без сознательного намерения и контроля у многих людей.

Но при ОКР они становятся проблемой, тк человек придает их появлению особое значение, например может подумать:«Если я об этом подумал, значит, я могу этого хотеть/ могу это сделать и тп»

Это запускает цикл тревоги и перепроверок, анализа, попыток нейтрализовать мысль или убедиться, что ничего плохого не случится, что временно уменьшает тревогу, но одновременно усиливает значимость мысли и поддерживает цикл ОКР.

Поэтому задача не в том, чтобы научиться не верить вообще никаким мыслям и чувствам. Скорее наша задача перестать воспринимать каждое внутреннее событие как факт. Мы можем признавать: «У меня появилась такая мысль» и делать выводы не только на основе этой мысли, но и опираясь на факты, контекст и собственные цели и ценности.

как понять, что у меня именно окр и нужно обращаться за помощью

Обсессивно-компульсивное расстройство (ОКР) - это психическое расстройство, характеризующееся наличием обсессий и компульсий.

Обсессии - это повторяющиеся и устойчивые мысли, образы или импульсы, которые переживаются как нежелательные и навязчивые и обычно вызывают тревогу и выраженный дискомфорт.

Компульсии - это повторяющиеся действия или мыслительные ритуалы, которые человек делает в ответ на обсессию. Они направлены на снижение тревоги или предотвращение пугающего события.

Содержание навязчивых мыслей может быть любым: страх загрязнения, причинения вреда, ошибки, потери контроля, сомнения в отношениях, собственной идентичности, своих действиях или воспоминаниях. Важнее не сама тема, а то, как устроен цикл.

Соответсвенно, ОКР можно заподозрить, если у вас регулярно возникают навязчивые мысли, образы, сомнения или импульсы, которые вызывают у вас тревогу и чтобы успокоиться или предотвратить что-то плохое, вы совершаете повторяющиеся действия, например, проверяете что-то, моете, спрашиваете, анализируете, мысленно спорите с собой, избегаете определенных ситуаций. Особенно, если это отнимает много времени, ограничивает вашу жизнь или причиняет заметные страдания.

При этом, чтобы обратиться за помощью, вам не обязательно заранее знать, что у вас именно ОКР. Как и в случае с соматическим заболеванием, мы идем к врачу не с готовым ответом о том, что с нами, а с тем, что нас беспокоит.

Если мы замечаем боль или какой-то непривычный симптом, который не проходит и мешает жить, то понимаем: лучше показаться врачу. Здесь, в принципе, так же. Если вы замечаете у себя повторяющиеся тревожные мысли или сомнения, постоянно что-то проверяете, анализируете, избегаете, ищете подтверждений и это отнимает много времени, вызывает сильную тревогу или ограничивает вашу жизнь - этого уже достаточно, чтобы обратиться к специалисту.

Разобраться, ОКР это или другое состояние уже задача не самого человека, а специалиста, который проводит диагностику.

Разбираю понемногу ваши вопросы и начну с более общего, который может волновать многих с учетом актуального контекста.

«Как справляться и жить с этим постоянным стрессом вокруг и меньше тревожиться?»

Начала бы я тут с того, что испытывать тревогу в определенных ситуациях нормально. Если происходящее действительно пугает, злит, расстраивает или создает сильную неопределенность, эмоциональная реакция сама по себе не является проблемой, которую нужно срочно устранить. Я бы даже сказала, что такую задачу вообще не стоит перед собой ставить.

Скорее вопрос в другом: как помочь себе справляться.

3 базовые рекомендации:

1. Возвращаться к основам регуляции: сон, движение, нормальное питание, более-менее привычный распорядок дня, контакт с близкими людьми. На фоне стресса именно эти вещи часто начинают разваливаться первыми, хотя они же во многом определяют, насколько хорошо мы восстанавливаемся и справляемся с нагрузкой.

2. Вторая рекомендация звучит так: если вы упали в яму, перестаньте копать. То есть важно по возможности не добавлять к уже существующему стрессу то, что делает состояние еще хуже. Например, часами скроллить новости, сбивать режим сна, злоупотреблять ПАВ, отказываться от всего, что обычно поддерживает.

3. Найти точку контроля. Намеренно возвращайте внимание к той части реальности, на которую вы действительно можете влиять. Нам важно для адаптации сохранять ощущение, что я что-то могу контролировать. При длительном стрессе мир начинает ощущаться огромным и неуправляемым. Здесь может быть полезен вопрос: «Что сегодня находится в пределах моей ответственности?» - Работа, близкие, собственное здоровье, бытовые дела, помощь кому-то, прогулка с собакой, встреча с друзьями.

И напоследок - не требовать от себя какого-то идеального психологического состояния. Психологическая устойчивость - это не способность все время чувствовать себя хорошо, а способность помочь себе, когда это действительно нужно.

Последние выходные лета - как насчет рубрики вопрос/ответ 🤓

Задать свой вопрос можно тут

Летнее чтение

Больше получалось читать этим летом, вот такой вышел список:

1. Элена Ферранте, «Моя гениальная подруга»

Кажется, ее уже прочитали все, но если вы еще нет, то рекомендую.

Она очень хорошо попала в настроение отпуска: провалиться на несколько дней в неаполитанскую историю, чужую семью, дружбу, взросление.

В серии четыре книги, я пока прочитала две. Мне понравилось как Ферранте умеет делать персонажей живыми: они могут раздражать, восхищать, вызывать нежность и злость одновременно. Очень много чувств сразу, когда читаешь ее книги.

Отношения Лилы и Лену, конечно, можно было бы разобрать с психологической точки зрения вдоль и поперек. Но я такое не очень люблю. Пусть иногда книга остается просто книгой про жизнь.

2. Кадзуо Исигуро, «Остаток дня»

Английский роман, написанный японцем - уже интересно.

Я давно хотела его прочитать, в том числе потому, что главный герой явно находится на спектре гиперконтроля.

Читаешь и как будто почти всю книгу ничего не происходит. Человек едет по английской провинции, вспоминает работу, разговоры, людей. А к концу остается очень сильная тоска и я продолжаю возвращаться мыслями к ней.

Возможно, потому что она описывает жизнь, где главным был долг, правила, сдержанность и идея о том, каким ты должен быть вместо того чтобы замечать, чего хочешь, кого любишь и что вообще с тобой происходит.

3. «О профессии психотерапевта»

Эта книга давно лежала у меня на полке, и летом как раз появилось желание немного подумать о работе.

Сейчас в профессии довольно много вещей, которые вызывают у меня растерянность: современный контекст психотерапии, то, как меняется сама профессия, контекст терапии в России, границы нашей работы.

Хотелось текста, об который можно было бы подумать. С этой задачей книга мне помогла. Где-то находила подтверждение своим мыслям, где-то хотелось поспорить и не согласиться с автором.

Книга в первую очередь ориентирована на специалистов, хотя в ней есть и несколько глав для клиентов.

Еще были две книги, о которых хочу написать отдельно: одна очень полезная для людей с гиперконтролем, вторая - для людей с ОКР.

Ежегодное проветривание головы 💨 можно возвращаться к работе 🤓