«Больше всего он боялся, что обо всём этом станет известно и что его репутация пострадает.

Позавчера, когда он пришёл ко мне домой, я не открыла дверь, и впервые мне пришла в голову мысль, что так я могу умереть.

Даже если заявить в полицию, кроме временной защиты они всё равно ничего не могут сделать.

Пока я встречалась с ним, я постепенно оказывалась в изоляции, мне становилось всё труднее видеться с людьми, и помочь мне было некому.

Теперь мне всё равно, буду я заниматься музыкой или нет. Мне всё равно, если мой образ испортится.

Я просто хотела жить и хотела расстаться — с этим намерением я и решила всё рассказать.

Пусть меня высмеивают, пусть называют лгуньей, пусть тычут пальцем — мне всё равно.»