В Петербур на три дня - это классика жанра.
Уже в поезде начинаешь отпускать недоделанное, недописанное, недосказанное.
Приезжая я всегда спрашивала себя, почему я езжу так редко.
Кажется получилось это исправить в этом году.
Ехать отдыхать, бродить, поздно вставать, долго завтракать никуда не спешить. Представляете такое? Я - нет. Родители, точнее папа, завели механизм, который не дает терять времени даром.
Поэтому «в один день помещается Лувр и Версаль», как говорит Маша Гончарова. Две последние поездки, которые проходят под девизом «Непрерывная художественная традиция Петербурга» удались.
Когда в вечер четверга и до обеда субботы помещается столько впечатлений, что хватит до зимы. Две выставки, галерея, мастерская художника, два музея и экскурсия по городу.
Авангард, Индия, безголовый философ, рукотворный Щелкунчик, истории наводнений, дом трех Бенуа - шифр и код этой поездки.
Хрупкая Марина Шульц - завотделом современного искусства Эрмитажа, хранитель коллекции, провела нас по выставке, посвященной Индии.
Она рассказывала не об индийских художниках, точнее об этом она и рассказывала. А об удивительном умении русского музейщика сделать выставку из ничего в условиях, когда дружба даже с дружественными коллегами понятие относительное. Это был невероятно интересный, деликатный, интеллигентный, обаятельный рассказ. Сделать выставку на одной силе воле, придумать и по ходу дела пере придумывать. Я страшно далека от Индии и ни за что бы не пошла на эту выставку, если бы не настойчивость Маши Гончаровой. И вот уже второй день я думаю о ней и том, как все изящно завершилось Львом Толстым и случайно найденным конвертом.
За Юрием Молодковцом я готова идти в любом направлении - обожаю людей влюбленных. Юрий на каждой нашей встрече говорит примерно одно - я работаю в Эрмитаже и планирую здесь закончить свою жизнь. И я ему верю. И восторг от Эрмитажа, Удельной и всех сокровищах мира не утихает в Юриной голове. И он очень щедро этим делится.
Удивительное впечатление от «Редкой книги» Петербурга и я обязательно расскажу об издательстве отдельно.
И от неспешного разговора об Авангарде в сопровождении Алексея Бойко - о жизни на кончиках пальцев и о таланте жить долго.
В Доме трех Бенуа я была в Музее Кирова. А тут мы оказались в мастерской, где жили, живут и будут жить четыре поколения художников - Богаевских-Савиновых-Задориных. Нас встречала Екатерина Сухарева, правнучка. Мы вернулись к Кате и на следующий день, чтобы поснимать ее подольше. Говорили о том, что трудолюбие превыше всего, об ангелах, которые должны быть не похожи на ангелов, о предсказуемости результата, о том, что работу в любом случае нужно доводить до конца.
И о том, что самое страшное - недоинтеллигент.
И не боюсь повториться - я очень привязана к миру, который создала у себя в мастерской Маша Гончарова. Маше и в этот раз «удалось убить медведя не как в прошлом году» Она рассказала нам о Лионе, о том, что происходит с рынком антиквариата, о Парижских блошиных рынках и о том, что «нет на свете печальней измены, чем измена себе самому»
И для любой поездки очень важна компания. И наша маленькая была совершенно замечательная. По утрам мы все обнимались, а на фотографиях, которые мы шлем друг другу, все улыбаются.
Разве это не счастье.
