Вот уже почти месяц многие решают и не могут решить уравнение с неизвестными. У кого-то их больше в формуле, у кого-то меньше. Кто-то не знает, как подставить в свою картину мира ответ на вопрос о том, «зачем мне Бердянск?», кто-то не понимает, чем Донбасс по настроениям отличается от Чечни, кто-то просит непременно держать в уме «где вы были восемь лет?»

А где бы ни были, теперь Время несётся на нас всех с неизбежностью, то, что когда-то застыло на годы и десятилетия, меняется в одночасье. На нас несётся какая-то другая Россия. При столкновении с новой реальностью она может разрушиться, а может укрепиться, разрушив сама прежний порядок вещей. Современные «Дни Турбиных» — борьба в умах за то, чтобы быть подальше от этого столкновения, пока идут бои за Киев, и за право остаться.

Донбасс решил остаться, и ему уже было неважно, примет его Россия или нет. Донбасс — это не Чечня 90-х, это простой рабочий народ, который, как и у нас, давили годами, а в 2014-м и вовсе пригрозили сделать людьми второго сорта. Но этот народ восстал и сказал, что будет здесь жить, несмотря на бомбёжки, и не станет говорить на новоязе. По сути, у этих людей в каком-то смысле оказалось больше политической и исторической субъектности, чем у россиян и украинцев. Поэтому происходит то, что происходит. И теперь можно не сомневаться, что зацепит всех и везде.

А вот на вопрос про пресловутые восемь лет должны бы сначала ответить, прежде всего, те, кто принимают решения, раз уж они замкнули все решения на самих себя. Даже не за восемь, а 10 лет как минимум. Тут и выяснится, что эти ребята умело только умножают на ноль.

@marginallo