Quomodo viam invenire potes cum nebula undique sit? Canes ululant in tenebris, et nox atra est.

Мы в неизвестности. Мы находимся там, где нет никаких внятных знаков, и события несутся одно за другим, лишённые, казалось бы, внятной логической связи. Предсказать будущее невозможно, как бы ни старались иные - их усилия тщетны, однако.

Продолжится ли кровопролитие, или установится хотя бы зыбкий, но мир; если война продолжится, то какой она станет; какие державы и союзы доживут - и в каком виде - до конца следующего года. С личными судьбами ещё труднее; придётся ли бояться больше или меньше, придется ли кому-то покидать привычную жизнь, обратит ли на нас своё недоброе внимание что-то, что может причинить нам вред. Можно придумать много всяких бед и преследований, можно в это придумывание уйти с головой - и общая неизвестность способствует этому изрядно.

Не надо этого делать. В этой атмосфере непонятности есть, однако, своя свобода; мы можем не пытаться думать, что мы контролируем что-то и пытаться натянуть на себя ответственность за глобальные вещи. Мы можем просто продолжать здесь и сейчас делать то и именно то, что мы делаем. Потому что всё равно какие-то общие вещи решаются на том уровне, который для нас не очевиден; а текущие дела и смыслы всё ещё здесь. Мы во многом именно сейчас - я вижу это у многих - снова стали обращать на них внимание, и вот это чертовски хорошо.

Единственное, что по-настоящему помогает против внешнего хаоса - это строительство стен; создание какого-то собственного "мидгарда", окружённого пространства. Наших сил может не хватать на изменение глобальных порядков и беспорядков - но их хватало и хватает на то, чтоб растопить уже эту чёртову печь, согреть помещение и присмотреть за скотом, чтоб в кормушке было что пожевать. И, быть может, пригласить к огню кого-то, кому повезло меньше и у кого не хватает сил ни на что, кроме страха. А отогревшись и придя в себя, можно уже и подумать, что мы можем делать сверх малых нужд - но именно после, а не вместо.

И - хаос никогда не бывает вечным. Он приходит приливами - и откатывается назад; все прежние войны и смуты заканчивались, и наступал мир; люди выживали и не теряли способности помогать и строить, иначе бы мы не выжили как таковые. Будет так и теперь.

Ignis longinquus in nocte scintilla parva tantum videtur, sed propius accede ad eum et intelleges eum salvare posse.