🌟🌟🌟🌟🌟 🌟

🤩🤩 𝕯𝐚𝐫𝐥𝐢𝐧𝐠, 𝐲𝐨𝐮𝐫 𝐥𝐨𝐨𝐤𝐬 𝐜𝐚𝐧 𝐤𝐢𝐥𝐥.
🤩🤩 𝕾𝐨 𝐧𝐨𝐰 𝐲𝐨𝐮'𝐫𝐞 𝐝𝐞𝐚𝐝.

💋💋💋🔤ренировка шла хорошо.
💋💋💋Настолько хорошо, насколько
💋💋💋вообще могла идти
💋💋💋тренировка ранним утром, когда замок ещё только начинал просыпаться, а над полем висел холодный, сырой воздух, пропитанный запахом мокрой травы и земли. Слизеринцам наконец удалось оттеснить гриффиндорцев и занять территорию, которую те считали почти своей по привычке, однако никто из зеленых ещё не успел толком обрадоваться победе: выяснилось, что на это же поле имели виды и когтевранцы. Правда, стоило нескольким синим мантиям увидеть зелёные, как их уверенность быстро сменилась осторожностью.

🔤ни переглянулись, обменялись несколькими короткими фразами и предпочли убраться на другую сторону, словно внезапно вспомнили о куда более важных делах. Маркус проводил их взглядом и лишь усмехнулся. Когда-то он мог бы назвать это трусостью, теперь же предпочитал считать подобное здравым смыслом... хотя, если бы кто-нибудь сказал ему об этом несколько лет назад, он бы наверняка решил, что собеседник просто плохо знает его.

🔤прочем, сам Флинт тоже успел измениться. В нём больше не было той необузданной, почти бессмысленной ярости четвёртого курса, когда любой косой взгляд воспринимался как вызов, а каждое поражение требовало немедленного ответа. Он стал старше, тяжелее, крепче, научился держать собственные эмоции там, где им и полагалось находиться, глубоко внутри, за тем выражением лица, которое капитан команды обязан носить перед остальными. Но одно осталось неизменным — квиддич. Бросить его означало бы не просто оставить игру. Это было бы похоже на добровольный отказ от какой-то части себя, слишком давно ставшей привычной, чтобы теперь отличить её от собственного характера.

🔤арк уже предлагал Дэвису как-нибудь потренироваться вместе, устроить своего рода сопернический эксперимент, в котором два факультета могли бы проверить друг друга без зрителей и официального матча, где любой проигравший мог бы потом обвинить судью, погоду, метлу или чью-нибудь случайную ошибку. Тогда предложение не получило продолжения, но Маркус не забыл его. Он вообще стал лучше запоминать вещи, которые раньше прошли бы мимо него, — не потому, что сделался мягче, а потому, что взросление иногда заключалось не в том, чтобы стать другим человеком, а в том, чтобы наконец научиться замечать окружающее.

🔤бменявшись через поле парой последних колкостей, команда другого факультета всё-таки ушла, и слизеринцы остались одни. Старый состав постепенно менялся на новый: кто-то выпускался, кто-то терял интерес, кто-то просто оказывался недостаточно хорош, чтобы удержаться среди остальных. Поэтому нынешняя тренировка была нужна прежде всего новичкам. Опытные игроки могли позволить себе импровизацию, но новички ещё двигались так, будто каждая часть их тела существовала отдельно от метлы. Их требовалось учить не только технике, но и тому странному доверию, которое возникало между человеком и древком под ним, когда скорость переставала пугать и начинала ощущаться естественной.

🔤ренировка началась почти сразу. Капитан раздавал приказы, объяснял последовательность разминки, заставлял повторять отдельные движения и следил за тем, чтобы никто не пытался схалтурить. Ранним утром никто особенно не хотел летать. Хотелось вернуться в замок, забраться под одеяло и позволить остальным решать, кто сегодня будет лучшим игроком. Но дисциплина никогда не спрашивала, чего человеку хочется. Она существовала именно для тех моментов, когда желание исчезало.

🔤етлы поднимались одна за другой, рассекали холодный воздух, оставляя после себя короткий шелест, а Марк наблюдал за ними снизу, время от времени поднимаясь вслед за командой. Поле постепенно оживало: крики игроков, удары бит, свист ветра, скрип старой кожи на рукоятях, всё это складывалось в привычный утренний шум, настолько знакомый, что его можно было почти не замечать. И именно поэтому он не сразу понял, что среди этого движения появилось что-то чужое.

🤩🌟🤩🤩🥀🤩🤩🚬🤩🤩