Наши люди вполне обоснованно ждут серьезных результатов от приехавшей в Саратов комиссии Верховного суда России. Стоит ли говорить о том, что приезд ревизоров для проверки работы тех, кто носит мантии, - событие для Саратовской области действительно небывалое. Неудивительно, что оно повергло в шок местное судейское сообщество, особенно представителей инстанций общей юрисдикции, ведь именно по ним видно, насколько плотно региональная третья власть легла под исполнительную.

Поэтому наши люди даже сожалеют, что не они стали локомотивами процесса по оздоровлению областной судебной системы, каждый элемент которой полностью утратил свою институциональную автономию. Тем более, что ранее из здания на улице Дзержинского недвусмысленно намекали, что реальные совещательные комнаты давно переместились на Советскую, 10, а главным системообразующим фактором в работе судов стало повальное кумовство.

В результате распространения практики кумовства в саратовских судах сложилось несколько кланов, влияние которых простирается далеко за пределы «материнской» инстанции. Наиболее известными примерами стали председатели двух райсудов Саратова - Октябрьского Александр Сивашов и Волжского Владимир Великанов. Так, например, первый инкорпорировал в Кировский райсуд очень тесно знакомую ему судью Жанну Гришину, а второй – в Саратовский райсуд в качестве зампреда Ирину Ивлиеву.

Подобных примеров, когда мантии получают любовницы или родственники судей руководящего порядка, в картотеке наших людей накопилось предостаточно. Неслучайно, в коридорах здания на улице Дзержинского судейские одеяния постоянно сравнивают с нарядами гейш.

Отдельные истории – это имущественная сторона карьерного успеха многих судей, раскатывающих на иномарках, записанных на третьих лиц, и уходящих от ответственности в случае ДТП, а также их тесные коррупционные связи с прокурорами (к примеру, судья облсуда Павел Царенко уже много лет выступает в качестве постоянного консультанта представителей надзора).

И уж совсем интересны способы вербовки председателей судов, которые превращают их в послушных марионеток. Причем речь чаще идет вовсе не о шантаже, а о привлекательных бенефициях, в частности, в виде трудоустройства ближайших родственников. Об этом и о других методах вербовки наши люди скоро с удовольствием поведают, назвав, в том числе, и конкретные имена.

Несмотря на то, что основным предметом внимания проверяющих являются суды общей юрисдикции, приезд такой комиссии заставил серьезно напрячься и арбитражных судей. Особенно некоторых коррумпированных дам, засветившихся в ряде скандальных процессов. Им тоже есть над чем задуматься – в саратовских арбитражных судах в ходу и кумовство, и нетрудовые доходы. С той лишь разницей, что капитализация судебных решений здесь, как правило, на порядок выше.

Это беспокойство уже заставило некоторых арбитражников отправиться в Белокаменную к своим патронам за поддержкой – моральной, но больше административной. А в связи с необходимостью мотивации столичных протекторов вновь встал традиционный вопрос о представительских расходах. Что, впрочем, не означает гарантий благополучия для тех, кто так долго разочаровывал наших людей, действуя в угоду собственному карману и начальству, прислуживающему местным князькам.