Дом встретил Мэнди тишиной.
Не уютной — натянутой, как тонкая нить перед разрывом.
Она закрыла дверь на замок.
Потом — на второй.
И только после этого позволила себе выдохнуть.
За окном медленно падал снег.
Мэнди вдохнула запах тишины и погладила кошку, которая подошла к ней, требовательно тёрлась о ноги, напоминая, что пора кормить пушистую малышку.
Фонарь во дворе светил жёлтым, уставшим светом,
и тени от веток ползли по стенам, будто кто-то пробовал дотянуться.
Мэнди сняла шубу, аккуратно повесила её —
слишком аккуратно, будто порядок мог удержать мир от распада.
— Глупости… — прошептала она себе. — Это просто усталость. Кому я нужна…
Но тело не верило словам.
Она включила гирлянду — тёплый, новогодний свет разлился по комнате.
Красиво.
Она на миг улыбнулась, но улыбка быстро сползла с губ.
Слишком красиво для того чувства, что жило под рёбрами.
Мэнди подошла к окну.
Не чтобы смотреть — просто проверить, что там ничего нет.
Снег.
Пустой двор.
Фонарь.
Она зашторила занавеску резче, чем нужно,
и только тогда заметила — сердце бьётся слишком быстро.
Принцесса сглотнула страх и пошла кормить кошку.
В это же время
по ту сторону стекла
Честер стоял неподвижно.
Снег оседал на его плечах, на капюшоне,
таял и снова ложился —
а он не шевелился, будто стал частью ночи.
Свет гирлянды мелькнул сквозь щель в шторах.
Он видел, как она прошла по комнате.
Как остановилась.
Как обняла себя за плечи.
Улыбка появилась сама собой. Медленно.
— Чувствуешь… — почти беззвучно выдохнул он. — Молодец, принцесса…
Мэнди отошла от окна, но ощущение не исчезло.
Будто взгляд остался на спине,
будто воздух за ней был чуть плотнее, чем должен.
Она включила телевизор — фоном.
Там смеялись, считали секунды до Нового года.
Чужая радость, будто из другого мира.
Мэнди села на диван, подтянула ноги.
Кошка прыгнула рядом и свернулась клубком, довольно замурчав.
И девушка поймала себя на том, что слушает не звук,
а тишину между ними.
— Я не одна… — прошептала она и тут же замолчала.
— Я не одна… — повторила тише, будто проверяя.
За окном Честер наклонил голову.
— Нет, принцесса, — подумал он. — Ты никогда не одна.
Салюты разорвали небо.
Свет вспыхнул и отразился в стекле.
На долю секунды
ей показалось,
что в окне — чужое отражение.
Мэнди резко встала, дыхание сбилось.
Она больше не подходила к окнам.
Девушка схватила таблетки со стола и выпила их,
пытаясь хоть немного прийти в себя.
Дыхание стало тяжёлым, пальцы задрожали,
но мурчание пушистика медленно вытащило её из этого состояния.
Зеленоволосая подняла кошку, прижалась лбом к её тёплой шерсти,
бормоча что-то про Новый год,
про любовь,
про магазин и конфеты.
— Я давно не видела Берри… — тихо сказала она вслух.
Мэнди оглянулась.
Взгляд упал на телефон,
но она так и не решилась позвонить.
Ей показалось это глупым —
он взрослый мужчина, он сам писал, что выйдет на больничный.
Мэнди выдохнула и села за стол.
А Честер остался.
Стоял.
Смотрел.
И улыбался,
встречая Новый год вместе с ней —
даже если она об этом не знала.


чуть-чуть опоздала 😰😰😰