Manchester United | Манчестер Юнайтед | Manchester Yunayted

«Да, у Бруну действительно возникла небольшая физическая проблема в сборной Португалии.

Так бывает у многих игроков, но это часто остаётся незамеченным, и люди иногда думают, что все футболисты всегда находятся в стопроцентной форме, хотя, вероятно, это не так уж часто [в футболе в целом].

У него была небольшая проблема, но сейчас он от неё восстановился и вернётся к своему лучшему уровню».

«На мой взгляд, Антони обладал даже большим потенциалом, чтобы стать одним из сильнейших футболистов мира. От Маркуса я тоже ожидал, что он доберётся до самого высокого уровня.

Однако у Марсьяля была одна особенность: он довольно болезненно воспринимал замечания тренеров. Особенно ему не нравилось, когда его критиковали публично, в присутствии партнёров по команде.

Что касается Рэшфорда, я был уверен, что он сможет оставаться в пятёрке или десятке лучших игроков мира на протяжении 10–12 лет. Он действительно вырос в прекрасного футболиста, но главной проблемой для него стала нехватка стабильности».

«Мы сумели справиться с мощным давлением соперника в начале матча и понимали, что после этого нам будет гораздо легче.

У обеих команд было немало голевых моментов… Но в целом, считаю, мы провели более качественный матч».

«Когда я увидел стартовый состав и понял, что Йоро сыграет на правом фланге обороны вместо Диогу Далота, я немного забеспокоился. Было непривычно видеть его на этой позиции.

Однако по ходу первого тайма он постепенно освоился и действовал очень надёжно. Казалось, будто он играет на этой позиции уже много лет.

Он прекрасно распознавал угрозы с флангов и всегда был готов помочь Гарри Магуайру и Лисандро Мартинесу при обороне штрафной площади.

Йоро сохранял надёжность вплоть до того момента, когда Кэррик заменил его на Диогу Далота.

Такая универсальность принесёт «Манчестер Юнайтед» огромную пользу. На мой взгляд, Майкл Кэррик сделал настоящее открытие, найдя для Йоро новую роль».

в своей новой книге «Игры моей жизни» — о возрасте и надежде побывать на открытии нового стадиона «МЮ»:

«Иногда я задумываюсь о смерти. Когда клуб объявил о строительстве нового стадиона, первой мыслью было: успею ли я увидеть его открытие?

Надеюсь, стройку начнут поскорее: через пять лет мне будет почти девяносто. Но в любом случае я буду на церемонии — лично или душой».

О возвращении на «Олд Траффорд» после кровоизлияния в мозг:
«Едва выйдя из машины, я почувствовал, с какой теплотой меня встречают. Будто вернулся домой. Тогда я понял, что меня помнят, — думаю, после завершения карьеры многие боятся обратного.

Это может казаться странным: на стадионе есть трибуна моего имени, статуя и улица рядом. Но когда остаёшься один в больничной палате, легко почувствовать, будто мир забыл о тебе».

О попытке пригласить Пепа Гвардиолу в «МЮ»:
«Я часто вспоминал наш ужин в Нью-Йорке в 2012 году. Что, если бы мы встретились на несколько месяцев раньше?

Я ещё не принял окончательного решения об уходе, а Пеп уже хотел продолжить карьеру в «Баварии».

Будь у меня возможность всё изменить, я назначил бы встречу раньше, налил больше Тиньянелло и сделал всё, чтобы убедить его связать будущее с Манчестером.

К нашему сожалению, именно это в итоге и произошло. Этим всё сказано…»

О современном футболе:
«Владельцам удобно видеть в тренере лишь часть системы, которую можно заменить, сохранив всё остальное. По крайней мере, такова теория. Но хотя ключевые решения всё чаще принимают спортивные и генеральные директора, за провалы перед прессой и болельщиками по-прежнему отвечает тренер».

О решении завершить карьеру:
«До смерти Бриджет, сестры Кэти, в октябре 2012 года я не задумывался о пенсии. Я любил футбол, чувствовал себя бодро, хотя боль в бедре иногда заставляла думать, что не хочется однажды оказаться у бровки с тростью.

Потеря сестры стала для Кэти тяжелейшим ударом. Они были невероятно близки, и это изменило мои приоритеты.

До февраля о моём решении знали только жена и сыновья. Затем ко мне пришёл Дэвид Гилл и сообщил, что тоже собирается уйти.

Объявляя об уходе сотрудникам и игрокам, я держался. Но, закрыв за собой дверь кабинета, сел и расплакался. Именно тогда осознал: всё закончилось.

Через четыре дня перед матчем с «Суонси» мы сидели в раздевалке с массажистом Родом Торнли. Я подумал: «Больше у меня такого не будет». Род ответил: «Не выдержишь — через год вернёшься».

Но я настолько ждал начала игры, что не позволил себе погрузиться в воспоминания».

«Ламменса обвиняли в вылете Бельгии с чемпионата мира. Вот как он ответил.

Два матча в Лиге наций:
12 сейвов
1 пропущенный мяч
1 сухой матч

И ему всего 24 года.

Нужно помнить, что произошло на чемпионате мира. Сенне пришлось выйти на поле в тяжелейшем четвертьфинале против Испании после моей травмы.

До этого он лишь дважды играл за сборную. У него было мало международного опыта, а с этими защитниками он практически не играл. Поэтому его волнение в тот момент вполне объяснимо.

Вратарю нужно время, чтобы наладить взаимопонимание с обороной. Движения, общение, выбор позиции — всё это отрабатывается в совместных матчах.

Посмотрите, как он отреагировал: вернулся в сборную и доказал, что заслуживает своего места.

Сенне продолжает учиться, и я уверен, что с опытом он станет только сильнее».