Немного контекста: у меня с Мишей (@anykeynotes) был недавно разговор про работу в аутсорсе, который стал его постом выше. Продолжением беседы будет мой ему ответ.

Отвечать на весь пост смысла нет, буду выделять наиболее интересные для меня куски.

Говорить за всех аутсорсеров не берусь, использую только свои условия, информацию, которой владею, и говорю только о своем работодателе. Вместо слова “галера” я буду применять “консалтинг”, коим EPAM de facto и является.

Мнение, разумеется, только мое, и говорю я только от своего имени.

“Весь бизнес компании строится на том, что клиенту вас как сотрудника продают с наценкой, …”

Не совсем. У консалтинга есть определенное портфолио проектов с экспертизой в разных областях бизнеса. Заказчик приходит с запросом “Хочу Х”. Консалтинг “отгрузит” необходимое количество рук и мозгов, которое может реализовать желаемое в определенные сроки. Поскольку требования могут на ходу меняться (мы живем в реальном мире), то договор заключают как раз по месячной работе кадров разных профилей и специализаций. Отсюда и наваждение, что консалтинг это body shop.

“Клиент не оплатил вовремя, клиент долго стартует проект, у клиента кончились деньги и объем проекта уменьшился, у клиента резко сдвинулись сроки в меньшую сторону - всё это риски, которые несёт компания.”

1. Эти риски оговариваются в контракте. 2. Эти же риски могут присутствовать в любом внутреннем проекте большой компании с бюрократией, бюджетами и прочими прелестями enterprise-сектора. Смотрим “кладбище Google”.

“Единственная возможность хэджировать риски - набрать проектов больше. Пока заканчиваем один, стартуем другой.”

Не класть все яйца в одну корзину вполне логично, но ни один менеджер не станет назначать 100% billable сотрудника на несколько проектов. В теории, я могу договориться о работе на нескольких проектах одновременно (двух или трех), что приведет к тому… что я не буду работать ни на одном. Это не принесет пользы ни мне, ни работодателю, ни заказчику.

Для того, чтобы иметь возможность быстро подхватить проект, у консалтинга есть определенный пул незанятых людей.

“Единственный риск, который компания не может хэджировать - сроки сдачи проекта. Овертаймы в аутсорсинге будут всегда.”

Вздор. Срок контракта != Срок сдачи проекта. Если в проекте меняются или появляются новые требования, сроки сдачи всегда пересматриваются, и нормальный заказчик на это идет.

Другое дело, когда требования не изменились, а срок сдачи нарушается из-за архитектурных, управленческих или прочих ошибок. В таком случае переработки возможны, они всегда оплачиваются либо отгулом, либо деньгами, либо консалтинг закидывает дополнительных людей (заказчик за них не платит).

“Приёмосдаточные испытания лишь фикция, решения о принятии в эксплуатацию принимается где-то наверху и в этот момент должна работать лишь красивая дашборда, что там за ней никого не волнует.”

Действительно, решение о выходе в промышленную эксплуатацию принимает program/project board (ну а кто же еще). Это решение принимается на основе десятков ПМИ - performance test, dry-run и прочих, которые являются маркерами technical readiness.

Вдобавок есть еще operational readiness, при котором эксплуатация заказчика подписывается под тем, что готова обслуживать проект на первой и второй линии поддержи. Эксплуатация, к слову, хоть и не является членом program board и по сути обладает правом Вето.

—

Дальше идет то, что я просил Мишу раскрыть, а именно так называемое “галерное мышление”. Про это поговорим чуть позже.