«Кажется, мы можем оказаться одним из последних поколений людей, для которых опыт научного открытия ещё доступен человеку».
Странно звучит, да?
// Это будет первый пост на тему философии, ИИ, науки и жизни вокруг нас. Есть желание писать чаще - посмотрим, как получится.
Пройдёмся по фактам.
Январь 2026: команда Google взяла 700 задач Эрдёша, числившихся открытыми, и прогнала их через Gemini. Для пяти система, по оценке авторов, получила новые решения. Ещё для восьми обнаружила уже существовавшие решения, которые не были отражены в базе.
Май 2026: другая система получила 353 формализованные открытые задачи Эрдёша — и самостоятельно доказала 9 из них. Заодно доказала 44 из 492 открытых гипотез из OEIS.
20 мая 2026: модель OpenAI опровергла многолетнюю гипотезу Эрдёша о единичных расстояниях. Это уже была не забытая задача на периферии математики. Модель неожиданным образом связала комбинаторную геометрию с методами алгебраической теории чисел и получила результат, которого до неё не знали люди.
1 августа 2026: OpenAI опубликовала ещё десять результатов — решения или существенные продвижения в давних открытых проблемах из геометрии, теории групп, комбинаторики и теоретической информатики.
8 сентября 2026 — сегодня: OpenAI заявила, что их новая внутренняя система решила задачу существования и гладкости решений уравнений Навье—Стокса — одну из семи «задач тысячелетия», за решение каждой из которых назначена премия в миллион долларов.
Последний результат ещё должен пройти независимую проверку математическим сообществом. Поэтому пока корректно говорить именно:
OpenAI заявила о решении.
Но для мысли, которая меня беспокоит, это уже почти не имеет значения.
Потому что интересна здесь не конкретная задача.
Интересна производная.
Ещё совсем недавно нейросеть была инструментом учёного. Потом она научилась решать отдельные открытые задачи. Потом ей начали давать их сотнями.
Теперь десятки тысяч агентов можно направить на одну проблему, над которой люди думали десятилетиями.
И возникает вопрос:
Что происходит с человеком, если скорость движения фронтира знания становится выше скорости, с которой отдельный человек способен до этого фронтира добраться?
Есть удивительно похожий сюжет в космологии.
Вселенная расширяется с ускорением. Если это ускорение продолжится, наступит время, когда далёкие, гравитационно не связанные с нами галактики одна за другой уйдут за космологический горизонт. Свет, испущенный ими после определённого момента, уже никогда не сможет нас достичь.
Вселенная при этом никуда не денется.
Просто для наблюдателя она станет другой.
Цивилизация, возникшая в достаточно далёком будущем, окажется внутри изолированного гравитационно связанного «острова» в практически пустой наблюдаемой Вселенной.
Но эта цивилизация появится слишком поздно, чтобы увидеть остальное.
И здесь происходит кое-что более интересное, чем просто потеря красивого ночного неба.
Исчезновение наблюдаемого меняет философию наблюдателя.
Цивилизация, возникшая в достаточно далёком будущем, будет смотреть на окружающий мир и вполне рационально заключать: вокруг почти ничего нет. Мы — одинокий галактический остров в огромной пустоте.
У неё не будет наших наблюдательных свидетельств того, что Вселенная заполнена миллиардами других галактик. Не будет того неба, из наблюдений за которым мы узнали о расширении Вселенной. Некоторые фундаментальные факты космологии, очевидные для нас, для неё станут практически недоступными.
И самое странное:
Вселенная при этом не изменила своего прошлого. Изменилась позиция наблюдателя внутри неё.
Мне кажется, с наукой может произойти нечто похожее.
Мы выросли в мире, в котором человеческое открытие — нормальная часть представления о человеке.
Мы знаем не только Галилея, Ньютона, Эйнштейна или Перельмана. Мы живём среди людей, которые всё ещё могут открыть что-то первыми.
Для молодого учёного это не мифологический сюжет. Это один из возможных вариантов собственной жизни.
Но представим поколение, которое родится после того, как фронтир знания окончательно станет машинным.