Если я дотяну до лета, то попробую за следующие месяцы более систематически сформулировать исследовательскую программу, над которой работаю уже довольно давно. Она складывается из них нескольких направлений, в том числе - актуализации персонализма.

Сегодня персонализм не пользуется популярностью даже среди теологов и ценителей гуманитаристики, и тем более в широком культурном пространстве, но я убеждён, что это наиболее интеллектуально плодотворный и экзистенциально правдоподобный фреймворк.

Да, в условиях, когда общее дискурсивное пространство во многом определяется подходами, основанными на отрицании значимости или даже реальности личности, персоналистские тезисы выглядят далеко не самоочевидно, но я берусь утверждать, что они не только вполне состоятельны, но и исключительно достоверны.

Здесь существует спектр вариантов: возможно, что личность - единственное, что реально существует (или, скорее, личности и отношения между личностями), возможно, что личности обладают иным режимом бытия, чем весь остальной мир, возможно, личность являет собой высшее проявление бытия, или возможно, что все эти и многие другие модусы суть разные проявления несводимости и неисчерпаемости личности. Так или иначе, я бы сказал, что человек как воплощенная личность - со своей хрупкостью и уязвимостью - содержит в себе и точку отсчёта, и мерило, и сам горизонт бытия.