Похоже, есть фундаментальная пропорция между собственной глубиной в её конкретных аспектах и способностью оценить величие других в этих же вопросах. Так, значимость многих авторов, которых я читал пятнадцать-двадцать лет назад, я начал действительно понимать только недавно: и эта значимость проистекает не из того, на кого они повлияли и не из самых красноречивых фрагментов их текстов, но скорее из едва ли уловимых нюансов, спрятанных между строк. Неординарный шаг, скромно помещённый в длинное рассуждение, или слегка другая формулировка, открывающая совершенно новые траектории мысли. Чтобы заметить такое требуется и внимательность, и неспешность, и та сама собственная глубина, из которой эти вещи становятся узнаваемы.

Конечно, это касается не только текстов, но и музыки и, подозреваю, любой формы искусства, а возможно и любой человеческой деятельности. И это с одной стороны приводит к некоторому смирению — поскольку по умолчанию стоит исходить из того, что есть масса вещей, которые я не в состоянии ни оценить, ни даже заметить прямо сейчас, — и в тоже время к оптимизму, ведь возможно, ответы которые я ищу, уже найдены, но я просто об этом ещё не знаю.

Неисчерпаемость мира, неисчерпаемость других, неисчерпаемость моей души.

Обнимаю.