➖➖🩷🩷🩷➖➖
forest bird
В который раз скажу, что текст - удивительный. Помимо того, что захватывает сюжет, держит в напряжении и «личная», и детективная линии, при размышлениях об этой истории постоянно выбрасывает за пределы написанного, достраиваются в воображении какие-то моменты из жизни наших девчонок - как могло быть то или другое.
Мне интересно, какими они были в школьном возрасте, особенно Аля и Аня. Жека и Вера мне в этом смысле понятнее, в них сильнее проявляется внутренний ребенок, если можно так сказать. А в Вере еще и Родитель – с ее морализаторством )) Аня и Аля в этом смысле – куда более сложные и зрелые личности.
Каждый раз восхищаюсь, как под событиями, которые ты описываешь, бегут подземные воды.
В истории с Дарьей и Васютой помимо общего ужаса от столкновения с упивающиеся своей властью дамочкой, которая заводит себе говорящую собственность и получает от этого и выгоды, и удовольствие, и от опричника этой «императрицы» (похоже, она таковою себя и мнит), готового исполнять любые ее приказы, в том числе и разделаться с этой собственностью - помимо всего этого, еще и много поводов для размышления о том, в какую западню можно угодить, держа в голове свой сценарий, между тем как действительность разворачивается совсем по другой программе. По сути, это частая проблема – навлечь на себя проблемы и опасности, пребывая в иллюзиях, особенно по поводу других людей и их роли в твоей жизни.
Мне чрезвычайно интересно наблюдать линию Пелагеи, которая проявляется дискретно, фрагментами, и пока трудно понять до конца, как именно она – прямо или косвенно – завязала тот фатальный узел, который так стремится разрубить Алова, в свою очередь разрушив жизнь Ефремовой.
Ведь явно с Пелагеей связано то чувство, которое испытывает Алова:
Она сама не понимала, чего хочет. Чтобы из пыли, песка и грязного снега слепились давно минувшие дни, от воспоминания о которых теплела кровь и скребло в горле? Чтобы она прошла сквозь портал между зассанными панельками и попала в ту октябрьскую неделю, когда у нее еще была возможность поступить иначе и все исправить?
Если бы она чуть хуже управляла собой, чернота могла сожрать ее заживо. Спасала привычка к самодисциплине, почти спартанской. До поры она запретила себе даже мысленно заходить на опасные территории.
Позже она стояла с сигаретой на балконе в объятиях ледяной ночи, осенней только номинально. Зима давно и прочно захватила город, подсвеченный снизу озерами огней, довольно скудными в сравнении с теми, что ей доводилось видеть. Курила и не чувствовала себя ни свободной, ни победившей. Словно все, над чем она трудилась, и все, что ей удалось привезти с собой, предназначалось кому-то другому, более достойному и цельному. В ком не зияет космическая дыра, через которую вылетает любая радость.