Я читательница с анонимкой про 500 паспортов. Если что, это была не попытка получить спойлеры, а больше мысли вслух.
В вашем сообщении ничего не указывало на попытку получить спойлеры, все в порядке. Я же, в свою очередь, пытаюсь объяснить, что еще не все сказала, хотя сегодня перечитала пост на свежую голову и поняла, что лихо отмела страдания лиц, стоящих за всеми этими паспортами, и высказалась в пользу переживаний за Альку, которой, о боже, придется пожертвовать работой. Заодно как будто косвенно обвинила вас в отсутствии чуткости лол)) За это извините. Но пока мы говорим о ней, я остаюсь на ее стороне и могу рассуждать, как она.
Опыт эмиграции у меня есть, я уже 5 лет в другой стране. Но большая разница в том, что она не вынужденная. Это наверное снимает большой кусок ментального груза. Хотя 3 года назад она и стала куда более вынужденной. И да, я наверное пишу больше с позиции своего относительно позитивного опыта, где мои знакомые с профессиями относительно быстро устроились в своих сферах. Кто нет, тот ушел в хай-тек. Я тоже прошла эти этапы адаптации, низкооплачиваемой работы и когда даже попытка оплаты в автобусе вызывает стресс. Хотя я знаю действительно много историй, когда люди себя совсем не смогли найти работу своего уровня и это сопровождалось депрессиями, проблемами со здоровьем и финансами.
Алова — типичная антигероиня, а антигерои довольно эгоистичны. Она отказывается страдать ради правосудия в ситуации, где она не выступает ни преступницей, поскольку не она руководила отправкой девушек, ни судьей, поскольку никто не назначал ее на эту роль. Если подходить к проблеме со всем цинизмом, она имеет полное право не уничтожать свою карьеру в порыве альтруизма. Кроме этого, существуют еще две суперважные причины, по которым она не улетела. Когда я их открою, вероятно, мы сможем посмотреть на происходящее иначе.
На момент возвращения в Красноярск Аловой 34 года, вот-вот исполнится тридцать пять. При хорошем раскладе это возраст, когда понемногу приходит время пожинать плоды, а не начинать все заново. Последние десять лет она явно прожила под садистским давлением со стороны Дарьи и при этом продолжала профессионально расти. Но вот она вырвалась, получила все, о чем мечтала: свободу и управление собственным большим проектом — и тут, мне кажется, искушение слишком велико, чтобы все бросить и в этом возрасте начать заново. В эпизоде, который мы обсуждаем, ей реально невыносима мысль о том, что платой за все пережитое будет очередная крупная потеря и полная неизвестность впереди. Ровно как вы говорите: этапы адаптации, низкооплачиваемая работа и стресс в автобусе.
Что касается Аловой, это расследование мне видится той минутой на Олимпиаде, до которой ты долгие годы шел. И в результате в порыве разочарования во всем просто не вышел на старт. Плюс с такой статьей, думаю, она очень могла бы заинтересовать тот сегмент журналистов, который пишет про восточную Европу.
Она там в разговоре упоминает, что это было расследование Обнинского и Эрин, в которое ее включили против ее воли: «И вы с Эдиком меня в это втянули <...> потому что вам так было удобно. Потому что вам обоим показалось, что у меня есть доступ к телу, раз я знаю его жену. Помнишь, как ты меня уговаривала?». Не думаю, что это ее разочарование, скорее — их. Мне кажется, она вполне осознает, что расследование было бы интересно многим и, скорее всего, повлекло бы освобождение какого-то количества жертв, но вместе с этим она понимает, что это пробежка на короткую дистанцию.
Буквально ее рассуждение: «Вот только через несколько недель скандал утихнет, его сменят сенсации посвежее, и она останется интересна разве что беженским фондам». Ну и тут мы возвращаемся к эгоизму и масштабам потерь.
Предсказываю: мнение об этом ее выборе изменится еще пару раз до конца текста)))