Читая заявление Москальковой о жестоком обращении с нашими пленными на Украине, в том числе об убийствах, надо понимать, что реальное число преступлений в этой области сложно поддается подсчету. Особенно в начальный период войны, когда в ВСУ и украинских спецслужбах вполне осознанно выбрали тактику устрашения – демонстративная нечеловеческая жестокость в отношении пленных, во многих случаях фиксировавшаяся на видео, должна была, по замыслу авторов «идеи», посеять страх. Посеяла она скорее желание отомстить вкупе с омерзением, но этого на Украине явно не предполагали исходно.

С течением времени отношение ВСУ к пленным начало меняться – учитывая, что украинских военнослужащих в плен попадает намного больше и чаще, народ «с той стороны» задумался о собственной возможной судьбе, да и радикальных отморозков война изрядно проредила. Но надо понимать, что деятелей, виновных в жестоком отношении к пленным с той стороны все еще достаточно, и вопрос последующего воздаяния для них не менее важен, чем вопрос ответственности нацистов после окончания Второй Мировой. Нынешние их наследники ничем принципиально не отличаются.