2027

Зумер-сын к отцу пришёл, с интернетом сверясь:

- Папа! Я YouTube нашёл, сколько там details. Сколько глупой пустоты и безумных реплик, словно пофиг, кто есть ты, но не пофиг fabric.

- Дело, сын, теперь табак! — папа молвил в рифму. — Дудь, Гордеева, Собчак, Пивоваров, Шихман. Звёзды ставить я устал в этом небе мглистом: кто там просто гнёт скандал, кто там террористы. Крышей едут и жильём, и звенят призывно, как Монеточка рублём тянется за гривной, как шумит там Noize MC что-то на богатом. Молят: «Господи, спонси! И пошли донаты». Мордой делают надрыв, голося о вечном, лишь бы власти супротив, лишь бы поперечно. Им их Родину бомбят, а они про Киев ртом глубоко голосят — даром, что живые. Больно стонут от войны — голубей их стая, но летят, летят они к ястребам — в Израиль. Скинуть боль славянских ран — и в США сбегают (там добром бомбят Иран, счастье причиняют, там не слышен грохот битв, не видны оковы, и мулла не льёт молитв в уши Слепакова).

- Папа, я ведь не о том. Объяснить смогу ли... Ходит в телек в отчий дом Ярослав Мизулин. Учит Родину любить глупых и детишек, отдавая сцене прыть кожаных штанишек.

- Ты штаны его не трожь! Слишком взгляд твой узкий. Здешний он, ядрёна вошь... Как и он, я русский!

- Папа, это ведь и я русский год за годом. Только честно, так нельзя: в год семьи с разводом. Наркоманы чистят кровь, мыши против сыра, все маньяки за любовь, битвы ради мира. Кто бездетный гнёт рожать, курит кто — за воздух... Папа, я хочу понять, кто законы создал. От души элите жить вольно дальше дома, учит Родину любить с виллы возле Комо. Дивно милая игра — скрыть часы «аскету»: что там ложками икра — ордена в пакетах! Дятлы портят мир людей глупостью стараний: нам доносчик без идей отменяет Канье. Вам Высоцкий рассказал о коротких шеях. Ненавидеть власть в глаза будто бы честнее, чем облизывать её вплоть до катафалка. Поменяли так жильё с Пугачёвой Галкин.

- Ты, видать, конфликт взалкал. Ты до ссор голодный?

- Галкин лижет не Байкал — он «такой холодный».

- Мне вообще на них плевать. Важно, кто в России. Крысам надо убегать. Крыс мы не спросили! Крысы чувствуют нутром: взял хозяин веник. Ведь Россия — это ж дом, а не сумка денег.

- Если дом пропах говном, из него уходят!

- Дом с говном не меньше дом — важно, кто там моет. Ты ведь тоже был мальцом и в штанишки гадил. Я же попу мыл с концом, по макушке гладил. Ты и матери, и мне — продолженье наше. Что ж нам быть с тобой в войне лишь из‑за какашек? Любим мы детей и мать без условий — просто...

- Пап, как Родину понять, если без вопросов? Мух не делят от котлет: все, кто против, выслан. Как расти, когда запрет — самый главный смысл? Почему менты берут несогласных жёстко? Почему вовсю дают ордена подростку? Сколько можно воровать, сидя на госслужбе? Сколько можно посылать в штурм из грязной лужи? За кого голосовать, если нет свободы? И кого переставлять сверху год от года? Для чего молчат все те, кто способен к слову? Для чего рожать детей — ведь убьют любого! Как тут жить, когда война? И когда конец той? Как любить, когда страна угрожает жертвой?

Папа зумера обнял:

- Часть твоих вопросов есть, сынок, и у меня. Жить нельзя в доносах! Надо честным быть с собой, а не для кого‑то, жить, не жопой — головой делая работу, не сидеть на шеях мам и не ждать подачек, не ходить по головам и не бить лежачих. Коль свои пошли войной, даже коль ты против, оставайся со страной в тягостной работе. Надо Родину любить в хвори, в боли, в бедах. Надо Родину чинить — приближать победу, чтоб свободная была, чтобы по закону и по совести жила...

- Не по воле трона?..

- ...и рожать, рожать детей вовсе не для власти. Много маленьких людей — значит много счастья. Это значит, Бог тебя уж на этом свете, всею силою любя, честно обессмертил: дети кровь твою несут, ценности, надежды — те в веках не пропадут, будут жить безбрежно. Будешь сын, отец и дед, словом: ты мужчина — не беги от всяких бед, не страдай кручиной. Не проси тех, кто сильней. Слабых бьют и больно. Сохраняй вокруг друзей, пестуй недовольных. Не воруй из-за других — не смотри на подлость. Сам вставай, коль бьют под дых, поступай на совесть.

Сын отца в ответ обнял и на миг остался. И отец, обняв, стоял. И конфликт чуть сжался.

- Жалко, сын, мне тех бедняг, что в войне страдают. Да, ребята, здесь всё так: все всё понимают. Только фигу я держать не привык в кармане. Сын, Россия — это мать. С нею Бог!

- А с нами? Церковь тонет в золотом — Богу, может, жалко? Но в России над крестом синие мигалки.

- Крест, сын, — это не металл. Это пропуск в душу, — он в грудину постучал, — здесь вот надо слушать. Кто мы есть? Семья семей. Флаг объединяет: веру, корни, дом, детей здесь не выбирают.

- Полно, папа. Я любя. Ссоры — это плёво.

- Что ж... Пойдём смотреть Дудя?

- Выпуск с Соловьёвым!

#стишоньки

@madsecurity