Made and Printed

⠄⠀⠠⠀⠁⠘⠁⠘⠀⠀⠀⠰⡀⠑⢈⠃⡈⠈⠐⠀⡈⠀⠔⢠⡁⠌
⢀⠀⠨⠄⠀⢠⢀⣽⣿⡽⣼⠈⠉⢠⠡⠀⠁⠀⡀⠑⠀⠀⠀⠀⠆⠁
⠀⠂⠠⠀⠄⠠⠁⣶⢀⡄⠁⣻⠃⠈⢷⡁⠀⠈⣿⠀⣿⣯⣹⣷⠀⠀
⠈⣿⣿⣿⢿⣯⠑⡿⡐⡀⠈⣮⠀⠃⣿⠂⠀⠀⣷⠌⡿⠀⠀⠀⣿⠀
⠠⣯⠅⠁⠄⣹⢂⢟⣟⣿⣾⠨⢀⣀⣿⠂⠀⣿⣹⠀⣿⠀⠀⠀⣾⠁
⠂⢻⠐⢀⠀⣿⢀⣿⡀⠀⠀⠊⠄⢁⡷⠌⢿⠀⣽⠀⠿⣻⣾⡿⠀⠀
⠐⢿⠐⠀⠀⣯⠈⣿⠀⠀⠑⠈⠁⠢⣶⣵⢁⠐⣻⠁⠿⠁⠀⠀⣿⠀
⠐⡻⠀⠁⠀⣯⢠⣿⡂⢄⠂⠢⠀⠁⣻⠀⠂⡄⣧⠃⡿⠌⡂⠘⣿⠀
⠀⡾⠀⠀⡠⣿⠠⠀⢐⠀⢀⠀⠈⢀⣟⡠⠂⣀⡾⠂⣗⣿⣿⣯⡄⠀
⠂⢾⠠⠀⠁⢷⠠⠄⡀⠀⠨⠀⠠⠑⡠⠂⠠⠄⡈⢂⠁⠀⠀⠁⠀⠀
⡀⠂⢀⠢⢁⠨⠁⠃⠀⠅⠡⠀⠄⠁⠈⠈⠠⠁⠈⠈⠐⠐⠌⠐⠀⠀
⠀⢀⢁⠀⠀⠄⠀⠀⣿⡿⢿⣝⡾⡈⠀⠀⡂⠈⠅⠑⠆⠁⢠⠢⡠⠌
⠔⠀⠄⠈⡈⢀⠌⠨⠀⠅⢻⠀⠀⠀⠈⠀⢁⠀⠠⠀⡐⡀⠀⠂⠀⠌
⢠⣟⣿⣿⢿⣮⠀⠀⠀⠐⡿⡐⠀⠀⠀⠄⠁⠊⠰⠔⠀⢁⠀⡈⠢⡠
⠈⣿⠀⡂⠀⠰⡐⠐⠢⠄⣿⠀⡄⡀⡐⠀⠀⠀⠐⡄⠀⡈⢁⠀⣀⠀
⠔⣏⠤⠄⣀⠐⠂⠅⢠⠂⣿⠁⢄⠀⠁⡀⠅⢀⡁⠂⠨⡀⠐⠌⠰⠒
⠀⣛⣿⣷⣿⠔⡂⠂⠂⢈⣿⠀⡀⢀⠤⢠⠀⠀⠐⡀⠀⠀⢀⠀⠐⠀
⠄⣿⠀⠑⠀⠘⣀⢄⢂⡂⣛⠄⠈⠠⣀⡄⠒⠄⠀⠁⠀⢀⠢⠀⠀⠀
⠀⣮⠀⠅⠆⠀⠀⠈⠁⠀⠨⢈⠘⠈⡀⠀⠀⠰⠄⠠⠀⠆⠑⢄⠀⠆
⠀⣶⣿⣿⢿⣿⠃⠁⠀⠂⢀⠀⠀⡄⡐⠀⠐⠁⠀⢈⠀⠐⡐⠀⡂⠐
⡀⠨⡀⠀⠐⡀⠃⠉⠀⠁⠐⠡⠈⠡⠊⠀⡠⠀⠀⠀⠀⠌⡈⠀⡀⠘
⠀⠐⠀⠀⠠⠀⠀⠀⠀⢁⡀⡂⠂⠀⠀⠂⠀⡀⠃⠀⠨⠄⠨⠑⢄⠨

это я пересматривал The Wire, и как побочный эффект, думал, что сейчас, с шифрованными мессенждерами все настолько стало сложнее, хотя, конечно нет, это всегда игра

https://extralarge.dev/vavilon

в качестве субботнего ничего-ни-делания собрал штуку чтобы можно было писать сообщения которые машина не может легко прочитать или ей нужно подумать
не знаю, зачем мне скрываться от кого-то, кто машиной читает мои сообщения, но приятно, что есть все же такая возможность — написать текст который я вижу а она — нет 🤷‍♂️
и люди на других языках не смогут прочитать — пока не знаю зачем это тоже, но суббота ведь, можно глупостями заниматься

случайная книжка со случайной скамейки говорит со мной — 
«самозванцы, не паримся»

…книгопечатание всегда привлекало любителей. Именно таких людей имел в виду Эдвард Роу Морс, когда в 1779 году назвал своего современника «джентльменом, увлечённым типографикой». Величайший из наших новаторов, Джон Баскервиль, пришёл в книгоиздание как любитель. Состояние, заработанное на производстве лакированных изделий, он потратил на словолитное дело, печать и изготовление бумаги. <…> Но величайшим и самым «профессиональным» среди любителей был Уильям Моррис. В своих теоретических работах он восхвалял «книги, единственное украшение которых — необходимая и неотъемлемая красота, рождающаяся из соответствия мастерски сделанной вещи своему назначению». На практике, однако, он был готов пожертвовать удобочитаемостью ради визуального великолепия страницы. <…> Джентльмены, «увлечённые типографикой», сделали гораздо больше, чем просто создали красивые книги для библиофилов. Именно они подготовили новое рождение английского книгопечатания в 1920-е годы. Холбрук Джексон даже называет его революцией.

The “look and feel” of the magazine was a consciously deployed instrument in this “visual re-education.” — Richard Hollis, eye magazine, 1998

Дизайн не обслуживал содержание. Дизайн был частью редакционной политики.

шел на море, на скамейке по дороге подобрал брошенный журнал, планируя на пляже полистать. это оказался AR 1978 года (the architectural review). я думал что и архитектура, и журнальный дизайн (которому я отдал 10 лет) от меня эмоционально максимально далеки. но, честно, открыв его и полистав, я охренел.
уровень макета, владения шрифтами, актуальность — пытаюсь найти кто артдиректор — в musthead никто не указан. удивленный, вернувшись домой, пишу в chatgpt, чат не теряется, и начинает отвечать. а я начинаю гулить. William Slack указан как Production Manager, в журнале, который он, как артдиректор делал 30 лет. все, кто его упоминает, считают величайшим, но о нем, кроме некролога, в котором упоминается о его скромности, и пары небольших текстов, в интернете нет ничего. Один портрет, и он совсем не молод на нем. Slack учился в лондонской Central School of Arts and Crafts, Anthony Froshaug преподавал типографику; Edward Wright — леттеринг; среди студентов одновременно были Ken Garland, Derek Birdsall, Colin Forbes, Alan Fletcher — и Bill Slack. Это буквально те, из кого возник современный британский графический дизайн. Forbes и Fletcher создадут Pentagram; Birdsall станет одной из ключевых фигур британского editorial design; Garland — сделает Garland. а Билл будет 30 лет делать один журнал. безупречно.

ps: есть такой манифест, first things first, написанный молодими британскими дизайнерами в 1964 году, Билл был в списке тех, кто его подписал, и я точно уверен, что всю свою жизнь он был честен перед собой — и перед теми, кому они адресовали это манифест. и это не так мало, черт возьми.

Должен признаться, что ровные прямоугольники текста тоже занимают мои мысли. Я с уважением отношусь к тому, что Ноордзей не любит Justified, и его анекдот про то как верстальщики перенабрали его текст с дырками мне тоже смешно читать, но я не голландец, и люблю, когда в художественной литературе, или скорее так — в книге, в которой мне бы хотелось, чтобы человек проваливался в текст, чтобы макет не мешал ему — и тут неплохо справляется с этим выключка по ширине и идеальные переносы для русского языка, который чуть покомпактнее, чем его язык (arbeidsongeschiktheidsverzekering) , и работают намного лучше чем в его эпоху

A designer who is dreaming of neat rectangles should keep his hands from typography. (Дизайнеру, который грезит об аккуратных прямоугольниках, лучше держать руки подальше от типографики).

У меня своя точка зрения на это, но оу, вейт

I could never be aware of my point of view if I would not change it every day (a little). If you are sure of your point of view, then good night.

Резкий какой, а.
В общем, пока был в отпуске, заболел и сидел в квартире, карман жгли токены Fable, и возился с тем, что бы в вебе были возможны нормальные русские переносы (а не только у тех, кто купил плагин Батова для индизайна, долгих лет ему и уважения).

Прикрутил это к демке экспериментального проекта Justif (реализация Knuth-Plass justification для веба), увидев который, я и захотел, чтобы это можно было бы и в русском применить.

Мой плэйграунд — https://extralarge.dev/perenosica

У меня была высокая температура, не стоит осуждать такие идиотские поступки.

Суббота, безделье, читаю The Hatred of Poetry Бена Лернера. И тут, как человек, патологически отвлекающийся, нахожу, печатаю, и читаю Letterletter 12, June 1991, Gerrit Noordzij — The logic of bookdesign. И понимаю, что у бога есть чувство юмора — этот матч.
Распечатал его на офисном принтере, и это первое, что стало смешно: Геррит Ноордзей открывает номер признанием, что Letterletter — худшее, что он сделал, потому что двенадцать выпусков подряд волокно бумаги идёт не в ту сторону (все печатают это по 2 страницы на лист) и держать эту вещь в руках нормально нельзя. Я же держал несколько тёплых А4, у которых может и нет того брака, который он оплакивал. (В какую сторону идёт волокно у моей пачки, я не проверял; я и не умею.) И вот внутри этой жалобы на материю человек, потративший жизнь на то, как рука ведёт штрих, пишет, что текст — не стихотворение, а графический знак, обозначающий язык, и что лояльность его не автору и не себе, а читателю, которому надо оставить свободу самому решить, есть ли тут вообще поэзия.

И это в миллиметре от того, о чем пишет Лернер, у которого поэзия, это всегда промах, неудачная пропытка записать неуловимое.

Смешное у Ноордзея:

Там, где содержание бросается в глаза, книге конец.
Да пошлет нам Бог еретиков.

Занимаю позицию еретика, отказываюсь принимать устоявшуюся форму как данность, расчищаю в своем сознании «место для настоящего». Соединяю материальный мир Ноордзея с красивым пространством слов Лернера, утверждая, что лучшая типографика и лучшая поэзия происходят в голове у читателя, аминь.

Есть такое видео, невозможно оторваться, 20 летней давности, где Макс Никаноров делает заходной разворот фичера в Esquire. А вот римейк этого фильма, в нем Susanna Hayward делает заход в фичер для New York Magazine. Когда я делаю обложку, часто получается один вариант. Когда мне говорят, а где еще, я хочу всегда показать автору вопроса видео Макса (или это), но понимаю, что это все рано не даст ему понять, и никогда не показываю.

Как пел Гилл Скотт-Херон еще до того как я родился, The Revolution Will Not Be Televised. Увидел у Никиты Василевского как он хвалит штуку которая векторизует растровую картинку на голову лучше чем Адоби со всеми его деньгами, vectorizer.ai. Сайт выглядит как говно типичный сайт ученых, зарабатывающих на алгоритмах. Если нажать на управляющую компанию то попадаешь на точно такой же скучный сайт, но про шрифты, и они все сгенерены AI. Их там 1,130,519 total (на этот момент). Сомнительного качества, не буду спорить с аргументами про лишние пальцы на сгенерированных картинках. Они написали идеальный векторайзер, и им так легко обойти закон, потому что, в юрисдикции сша, любой шрифт, отрисованной с картинки — юридически новый. Контур букв, их пропорции и визуальный дизайн не охраняются авторским правом, так как алфавит — утилитарный инструмент.
Не нужен монотайп, не нужен картонный монстр — нужен всего лишь хороший математик, немного машинного обучения, и, как у большинства ученых, отсутствие эмпатии )

Бертольд Вольпе, немецкий типограф из еврейской семьи, познакомился с Моррисоном во время поездки в Лондон, в 32-м. Стенли сразу углядел прибыль (помним про Монотайп) в леттеринге и набросках Бертольда и сразу же заказал ему делать шрифт, Albertus. Что, по сути, и спасло Бертольда, который через три года работы над шрифтом бежал из нацистской Германии, с сестрой и мамой, в последний момент (тут есть вложенная, как матрешка, история, как его, как и некоторое количество бежавших от Гитлера из Германии еврейских поэтов, художников британцы на корабле отправили в лагерь в Австралию, но оставлю любовь англичан строить лагеря за скобками). Вольпе стал работать с Faber & Faber, и нарисовал им полторы тысячи обложек. И хотя его романтичность, леттеринги и эмоциональность лежат на противоположной стороне от аскетизма Моррисона — их связывает 🦁 военного экономического стандарта, типографические обложки, и коммерческий успех издательств, для которых они делали дизайн.