🇷🇺 КЕВИН ХЭЙС — О РОССИИ И КХЛ: «Я СИДЕЛ НА СКАМЕЙКЕ И ДУМАЛ: ЧТО Я ВООБЩЕ ЗДЕСЬ ДЕЛАЮ?»

Американский нападающий Кевин Хэйс рассказал в подкасте братьев Ткачуков, почему решил попробовать свои силы в КХЛ, что его удивило в российском хоккее и почему он так быстро решил уехать.

Причины — травмы, непривычный стиль игры, сложные перелеты, ночные тревоги и разлука с семьей.

🎙 Кевин Хэйс:

«Этим летом моей целью было играть в НХЛ. Я довольно хорошо чувствовал себя на льду. Катался со многими ребятами из НХЛ и считал, что моя игра находится на хорошем уровне.

Спина беспокоила меня уже довольно давно, с пахом тоже были серьезные проблемы, но в целом я всё еще чувствовал себя неплохо.

Поэтому я ждал. Думал, что подпишу пробный контракт (PTO). Общался с несколькими командами.

А потом со мной связались из России. Моя жена — русская, и мне показалось, что это может стать очень интересным опытом для меня и моей семьи.

Единственный минус заключался в том, что жена не собиралась приезжать в течение месяца или двух. Но я подумал: ладно, думаю, справлюсь.

Я подписал контракт в России. Провел всего пять матчей, но в глубине души уже понимал, что чувствую себя не так, как должен.

Сидел на скамейке и думал: черт, моя игра совсем не на том уровне, на котором должна быть. Я нахожусь в России, не помогаю команде, почти не играю. Мне было совсем некомфортно.

В первом же матче я повредил пах, и лучше он так и не стал.

К тому же я настолько привык к медицинскому обслуживанию в НХЛ, что это тоже не помогало. Отсутствие семьи рядом тоже сказывалось.

КХЛ — другая лига. Совершенно другая.

Лига хорошая, просто там хоккей строится на движении поперек площадки, от одного борта к другому, а не по направлению к воротам, как в НХЛ.

Помню, в первом матче я раза четыре вбросил шайбу в чужую зону, и люди смотрели на меня так, будто у меня пять голов.

А я думаю: по-моему, я только что сделал хороший игровой ход! Салли [тренер по "Питтсбургу"] был бы в восторге, если бы я вбросил шайбу. Что вообще происходит?

А потом начались истории с перелетами.

Я вам, кажется, уже рассказывал. Однажды мы летели в Сочи, но внезапно самолет изменил маршрут, и мы приземлились в Дагестане.

Я такой: «Где, черт возьми, я оказался?!»

Из первых четырех перелетов три закончились изменением маршрута или задержками. Мы добирались до города только к шести утра.

И я думал: что вообще происходит? И как нам отсюда выбираться?

Не знаю, сколько вы об этом слышали, но когда ложишься спать и всю ночь слышишь сигналы тревоги, это не добавляет спокойствия.

У меня появилась тревожность. Я скучал по жене, скучал по ребенку. Они всё еще не собирались приезжать еще долго.

И я чувствовал, что мой хоккей совсем не на том уровне, на котором должен быть.

Начал задавать себе вопрос: «Какого черта я вообще делаю?»

В итоге решил всё закончить.

Это было тяжелое решение. Я долго над ним думал.

Но в какой-то момент понял, что быть отцом на полную ставку — гораздо более позитивная перспектива, чем всё то, через что я проходил».

😂 В конце разговора ведущий пошутил на тему знаменитого «русского газа» и попросил Хэйса посмотреть влево, если тот существует, и вправо — если нет.

Хэйс ответил:

«Я слышал, что русский газ дорогой. Сам я с ним не сталкивался, но слышал, что раньше он был повсюду. А теперь, насколько я понимаю, стал довольно дорогим».