.
.
.
Постепенно рассказываем вам
о работе над вторым выпуском
ЛАНГ/LUNG. Авторы номера вдаются в подробности и оттенки внутренного процесса.

Жанна пишет:

«В этот раз мне не хотелось идти
на компромисс, я не пыталась всеми силами выдержать общую визуальную концепцию номера. Каждый раз, выкладывая текст
на макет, он (текст этот) диктовал
и (или) подсказывал мне форму.

Так было шесть раз:
1. Текст Даши с его слепыми пятнами, негативными отпечатками ещё немного и стал бы стихотворением. Дело не только
в его лаконичности, но в лирике, которая рождалась здесь
из выдержанного ритма и, конечно, из личной боли. Бесконечный поиск, бесконечная ностальгия, бесконечное возвращение.

2. Текст Тиграна о фильме Андрея Землякова с им обоим присущей плотностью не только текстовой,
но и изобразительной. Здесь всё строилось на сосуществовании кадров из фильма, обрамленных текстом. Каким-то образом произошел странный и магический синтез, который только направил меня на аккуратное отсечение лишнего при вёрстке (отсекать было нечего, честно сказать).

3. Эссе Насти, блестящее своей глянцевостью и бессмертностью цифрового. Когда она впервые сказала мне «это будет дисс
на пленку», я и не думала,
что закончится всё рассуждением
(и очень важным) о феномене цифровой киногении актёра
на экране. Здесь я работала
с матрицами, с двойственностями
и с повторами. Заполняла страницы стробическим мерцанием,
по возможности растворяя лицо Киану Ривза в сумерках цифры.

4. Текст Серёжи о фильме Даши Лихой. Цифровая симфония, сотканная автором из архивов цифровых записей 2000-х годов, Серёжа написал об этом фильме так, что вопросов не осталось.
Но мне предстояло разобраться, как сохранить «битую» природу кадров Даши так, чтобы при печати было хорошо. И выход оказался простым — я разложила кадры на пиксели. Буквально составила цветовую палитру, разобрав кадры на их пятна. Вышло хорошо, кажется. Берёшь пиксель и всё тут.

5. Текст Вани. Танки, Лозница, общее и индивидуальное.
А ещё плёнка. Её придирчиво-чувствительное тело. Плёнка,
что опознает в предкамерной реальности «своё», и что замыкается перед «чуждым». Сложный и специфический вопрос, который здесь расширяется
и дробится на ещё большее количество вопросов. В этот раз я много думала об интонации.
У текстов Вани она всегда явная, всегда конкретная и громкая. Отсюда контрасты. Красный
на чёрном. Лучи, пронизывающие страницы. Ничего лишнего.
Одни акценты, чтобы вёрстка не отвлекала, а конкретизировала.

6. Ася и её свежий воздух.
Здесь мне ничего не пришлось делать, только положить то,
что она собственными руками автора соткала из архивных фотографий. Чистое изображение, чистый звук. Кино, кино на бумаге.

Long story short. Это особенный выпуск, он непростой, он долгий,
он ещё раз доказал мне и нам, что можем. не можем, но можем.»

📄