***
— Что ты творишь?! Куда свои руки… Ык!
Палатин небрежно задрали, предавая яркой и блестящей, как перламутр, оттенку кожи отражение тепла керосиновой лампы. И в ту же секунду чужие руки забрались под нежную ткань, оскверняя своими действиями.
Запястья швырнули вверх, что костяшки локтей рефлекторно поднялись, мгновенно опоясанные белой лентой с пояса.
———
Из покон веков в эльфийской культуре ходил слух о злобном и страшном Лесном Духе. Забытая веками страданий легенда, что вселяла всепоглощающий страх только от произношения кем-то первого слога, настолько пугающей была её история.
Предание, достигнувшее заострённых ушей потомков, что в стародавние времена на свете существовали призраки, олицетворяющие своей душой и ликом часть природы. Служили они на благо жителей земель, дарили избранным свои благословения, а те, кто получали их, становились наделом стойкости и мужества. Настоящие герои, коими и являлись одарённые.
Однако, по естественным законам Вселенной, невозможно, чтобы всё шло так гладко тем скоропостижным чередом, каким постигалась существами магия.
———
— Тише-тише, смертник. Разве тебе не было б угодно молчать и не распускать свои уста прежде времени? Не беспокойся, я наслажусь их вкусом чуть позже, когда основное блюдо будет вскрыто и открыто взору.
Всего тела неряшливо касались, вызывая при этом агонию жара, но не бросая на коротком издыхании, а продолжая настаивать и погружать всё глубже и глубже в это самозабвенное чадо удовольствия. По правилам нельзя было допускать даже мысли о подобном унижение. Для остроухих это было равносильно казни или произволу. Податься недопустимой близости! О таком даже грезить настрого запрещалось.
И, как бы иронично не стало, то именно эти суждения и привели к столь плачевному для народа исходу и сладкому для самих осквернителей.
— Перестань! Это вовсе не то, что говорилось в пророчестве! Ты должен дать мне благословение!
— Именно этим я сейчас и занимаюсь: получаю плату за растраченные на твоё хрупкое тельце силы. Звучит меркантильно, однако уверен, что твои ушки столь трепетного слова даже никогда и не слышали. И поделом: не из вашей это эпохи…
Пока пустая болтовня продолжала литься лучше, чем спадающие на угодья божьи волны проливного дождя, бесстрастные губы прильнули к виднеющейся клетке на голой плоти шеи, оставляя мерзкий алый след. Голова в тот момент дрогнула, поддаваясь мановению и припадая назад, вырывая из своих покоев райский звук.
— Ох, неужели мой ангелочек, наконец, запел?
Под издёвку раскрепощение на алтаре продолжилось.
———
Естественно, приспешникам всего мирского опостылело раздавать свои подарки особенно талантливым селянам, отрывать буквально частичку себя и преподнести её, как что-то, чего те были достойны. Именно из мнения, что в их жизнях начали создаваться издержки, был предложен равный обмен.
Но что по Вашему мнению нужно тем, кто может создать буквально всё из ничего? Ответ: веселье. В обыденных и нудных деньках, где смысла собственному существованию было найти крайне нелегко, вступила эпоха возни – налёта развлечений. Теперь же не стало набора «особенных», произошли соревнования, отбирающие у проигравших практически всё, что они прежде имели, а так, как победу они не заслужили, то оставались ни с чем. Это было подобием рабства, но добровольного.
И именно этот феномен длится до сих пор. Против могущества и власти ничего не сделать.
Выбирались самые лучшие новички, которые могли показать себя, и именно в их числе и был Сан-Фран. Он, как эльфиец родом из «усыплённого» феодала должен был представлять собой Гаранта этих отношений. Однако что-то пошло не так.
Его ошибочно посчитали за участника. И один из крупных духов решил, насмотревшись представленным шоу, всё же подарить своё благословение. И этим человеком был он – Эо, как его звали здесь по милому прозвищу, а полным именем служило обозначение «Зелёный Дух». Печально известный тем, что ещё ни разу не избирал достойных его дару… и вот: нашёлся один, кто привлёк его внимание. Тот, о ком слагались страшные слухи.
———
