🌇 Уставший Ди 🌇
«Жизнь — это усталость, растущая с каждым шагом», — Сэмюэль Батлер.
Лололошка/Дилан.

***
«Уставший Ди» — самое милейшее создание из всех, которые только существуют. Такое мнение сложилось у Лололошки после полугода совместного проживания вдвоём со своим очаровательным другом.

Сперва, в первые две недели, угрюмый сожитель показывал себя отнюдь не с положительных сторон: вечно ставил непосильные дурацкие правила, коих смысл не мог никогда дойти до покровов мозга юноши, что начинал привыкать к студенческой жизни, или же отказывался от мелких разговоров, предпочитая по ходу вопроса уткнуться в мобильный гаджет и посвятить своё время тому. Естественно, попытки пообщаться повторялись каждодневно так что к концу сентября всё же получилось выхватить диалог более пары секунд. Постепенно их связь усиливалась, хотя и чувствовалась некая отчуждённость, — первый продолжал сохранять границы дозволенности, когда второй по предыдущему опыту не смел их нарушать.

К ноябрю они стали встречаться после пар, словно ждали друг друга, и вместе отправляться на автобусе обратно в общежитие, где после приёма тёплого освежающего душа заводили светские беседы об учёбе, одноклассниках и обо всём том, что только может окружать человека. Тогда парень впервые услышал смех недовольного товарища из-за ненароком схваченного с уст других людей слуха о том, что строгая повариха раньше преподавала здесь, однако её сместили, как только узнали о том, что она просила учеников объяснять ей самой темы.

Декабрь-январь стали «цветочным» периодом в их отношениях, даже несмотря на холод, который отдают названия этих месяцев, оба соседа как будто пригвоздились у горячего костра и не хотели отнимать друг от друга. Теперь царило время тактильных прикосновений, как взять приятеля за руку, подарить подарок в виде ненужных, но приятных вещей, как кислые мармеладки и так далее, или вовсе дошло до того, что в последние дни они стали спать вместе, в одной кровати, и делить абсолютно все вещи.

И вот настал судьбоносный февраль, когда Лололошка осознал, что шутки их общих знакомых о «возлюбленных» стали для него чем-то естественным, даже желанным. Что он хотел не только разделять общий быт, но и чувства. И это не могло не пугать. Не страшить. И всё же… сегодня он не смог сдержаться.

Так какой же «уставший Ди»? Он сам лезет за лаской, подобно чёрной кошке, встречающей хозяина после дня отсутствия. У него нет сил язвить, да просто говорить, если что и потребуется, то выдаст короткое членораздельное мычание; воспринимать его значение окажется в твоих руках. Обычно он закрывает глаза и тогда важно сохранить тишину. И об этом беззвучном условии знал, и другой жилец квартиры и никогда не нарушал его, однако сейчас всё его внимание приковалось к расслабленным чертам близкого.

Тонкая полоса розовых губ, расплывшиеся тёмные волосы на коленях, подрагивающие взлохмаченные ресницы… Это заставляло сердце биться чаще, а в горле застыть ком. Юноша старался поддерживать эту атмосферу: не шевелиться, удобнее подставить ноги или совсем не дышать. Но он быстро поддался возникшему внутри него навязчивому желанию, опускаясь ниже положенного, словно проверяя границы, а затем и вовсе осмелел, нависая над лежащим. В этот момент гул в ушах заслонил все посторонние звуки, ладонь с подрагивающими пальцами неуклюже обхватила чужой затылок, приподнимая его, а горячий воздух обжёг плоть. Всего пару сантиметров и…

— Прости, Ди… Я больше не могу так, — рвано прошептал Лололошка, всё же лелея мечту о сне любимого, хоть в это и не верилось.

За окном стояли круглые потёмки. Волокна ночи настигли помещение, поглощая его в своём тихом признании. Бежевого оттенка диван просел под двумя тушами, что заметно сблизились. Далёкий свет кухонных ламп сотворил особенный момент. Они обожглись в этом уединении, вмещая всю скопившуюся страсть и любовь.