​​О своей работе в SNL Билл Хейдер вспоминает не с самым большим оптимизмом. Мягко говоря.

«Лайвы SNL — я просто не создан для этого. Перед шоу я шел в туалет в конце коридора, заходил в кабинку, истерил и плакал. А потом шел и одевался в костюм гигантского банана. В моей голове звучал голос: «Долбоеб, ты представляешь, сколько людей готовы убить за это? Давай, чел, соберись»».

В борьбе с тревожностью сценаристу-актеру-режиссеру одного из лучших шоу современности помогал сахар. Однажды в пятницу, в два часа ночи, он съел целый пирог Entenmann’s голыми руками прямиком в магазине, не успев донести его до кассы.

«Поднести пустую коробку кассиру было стыдно. И он такой: «Чел...», а я ему: «Да, мужик...»».

К счастью, темп «Барри» для Хейдера более естественен, и за годы терапии он приобрел немало инструментов для борьбы с тревожностью. В том числе избавившись от ложных истин о неких «правильных» решениях, о которых якобы в курсе только «избранные» — те, у кого получилось.

«Это все равно что подойти к женатому, когда ты сам никогда не влюблялся, и спросить: «Как влюбиться? На что это похоже?». Но как только вы сами влюбляетесь, вы понимаете, что у вас есть собственный способ сделать это».

#news | #writers | #read