​​[«Патрик Мелроуз» / S1E1 — стр. 38]

Телефонный разговор Патрика с Дебби длится почти целых три страницы. И это даже после всех сокращений оригинала, где Патрик все утро болтает по телефону не только с Дебби, но вообще со всеми, с кем только может, ожидая завтрака.

Для сравнения, вся сцена покупки наркотиков в подворотне после встречи с Чилли (вместе с неудачной попыткой вштыриться!) длится чуть меньше двух страниц. И это при том, что в тех двух страницах — гораздо больше и информации, и действия. Но отличает их не только это. Они еще и написаны совершенно по разному.

Могли ли они быть написаны одинаково? Конечно. Для зрителя ведь в конечном итоге важно лишь их содержание. Но у Николлса они написаны по-разному. Поиск наркотиков — сухо, кратко, прагматично. Диалоги практически никак не разбиваются, если между ними нет никаких действий, а если есть — они прописаны очень механически.

В случае с телефонным разговором все иначе. В нем гораздо больше пространных отступлений «в сторону», и диалог сменяется этими пояснениями постоянно — причем, как по делу, так и просто отстраненными комментариями Николлса, самостоятельно отвечающего на реплики персонажей.

Это помогает ему решить две важные задачи. Во-первых, упростить чтение огромного телефонного разговора. Да, он двигает историю вперед, вводя Марианну, но он все еще очень длинный, и в нем все еще хватает воды. Особенно учитывая тот факт, что на фоне при этом не происходит практически ничего. Во-вторых, задать на уровне восприятия совершенно другое впечатление от прочтения сцены.

Сценарий — это сборник нескольких десятков самых разных сцен. По динамике. По продолжительности. По эмоциональному окрасу. По назначению. По уровню напряженности. И клево конечно, когда сценарист может передать всю эту палитру через содержание самих сцен. Но меня всегда особенно привлекали авторы, которые способны передать это еще и стилистически. Потому что написать две разные сцены — сложно.

Но написать их еще и по разному — сложнее.

#scripted