Мы все замечаем, что слова «лево» и «право» плохо маркируют политические силы, и все-таки пользуемся ими регулярно. Заметить, тем не менее, можно вот что. И «лево», и «право» сегодня занимаются интервенционистской экономической политикой, т.е. такой политикой, которая сопряжена с более активным вмешательством государства в функционирование экономической системы. Спроса на экономическую политику a la Мильтон Фридман нет не только слева, но и справа, хотя исторически это было не вполне так. Думаю, объяснить этот феномен не так трудно. В развитых экономиках сегодня очень высокий уровень неравенства. В такой ситуации дискуссии об экономическом росте если и не уходят на второй план, то оказываются на том же уровне, что и дискуссии о распределении экономических выгод. Распределение же корректируется государством. Пока неравенство будет оставаться высоким, споры будут идти не о том, должно ли государство вмешиваться, а о том, как именно это нужно делать.