«Запрет на ЛГБТ» кажется мне совершенно логичным продолжением той линии, которая характеризует политическую эволюцию РФ в последние тридцать лет. Туда же относится и назревающий «запрет на аборты». Ни то, ни другое не связано с консервативной (христианской, правой) идеологией. Дело вообще в другом.

Все тридцать лет существования РФ основной конфликт власти и общества проходит по следующей линии: права и привилегии. Концепция прав против концепции привилегий. Есть некоторые вещи, которые люди считают своими правами. То есть, чем-то неотъемлемым, тем, что «просто есть». «Мне это можно, потому что я существую и я гражданин и это не запрещено -- точка». Эта концепция крайне противна нашим властям, которые идею прав не любят и отрицают, а любят они идею привилегий. Это когда вроде как тоже «можно», но с разрешения. С позволения, пусть негласного. А без позволения – нельзя. Никаких таких «самих по себе» прав наши власти не признают. Но они готовы выдавать привилегии, иногда даже широким массам населения. Вот это – реальная суть конфликта и всей тридцатилетней эволюции.

Вы можете приземлить эту историю к правам ЛГБТ, а можете к частной собственности. Это все равно. Скажем, граждане РФ в массе своей считают частную собственность своим правом. Считают, что имеют право чем-то владеть. Гражданин имеет право владеть вещами. И вроде что обсуждать тут? А вот власть считает, что тут есть что обсуждать. Власть исходит из того, что некоторым людям (даже большинству) она позволяет иметь собственность. А вот Коле Петрову, который власти вдруг разонравился, она может этого взять и не разрешить. И лишить его привилегии иметь частную собственность. Потому что не было никакого такого права. Просто другим была дана такая привилегия, а вот Коле Петрову она не была дана. Sorry not sorry.

То же с «запретом на ЛГБТ». Это не вопрос запретов на определенные виды секса или определенные социальные роли. Кому надо – им все это разрешат и дадут. «Запрет на ЛГБТ» — это перевод еще одного аспекта жизни, который по какой-то причине еще формально оставался под зонтиком «права», под другой зонтик – «привилегии». Вот тебе можно заниматься сексом так и тебе и тебе, и тебе, а вот тебе уже нельзя. Такие дела. Господин дал – господин взял. Это действие, превращающее власть РФ в господина над еще одной частью жизни гражданина. Вот в чем суть.

То же будет с абортами. «Первые женщины Москвы» и «дорогие россиянки» не перестанут делать аборты никогда. Но и не про них речь будет. Им легко оставят эту привилегию. И даже много кому оставят. Вопрос в другом: в том, что женщины в РФ по какому-то недоразумению считали аборт своим неотъемлемым правом. Что они могут его делать просто потому, что могут. А вот так дело не пойдет. Никаких прав нету. Никакого «по естеству» нету. Никакого «от рождения» нету. Есть отношения между вами и сюзереном. Как он решит – так с вами и будет. В каждом аспекте человеческой жизни — такая модель.