В прессе пишут, что бывший председатель верх.суда Адыгеи и А. Трахов и его сын Р. Трахов, который является действующим судьей в Краснодарском крае, признали предъявленный к ним генпрокуратурой иск об изъятии имущества, в отношении которого были нарушены нормы закона о противодействии коррупции.

Речь идет об активах общей стоимостью 2 млрд.рублей. В основном это дорогостоящая недвижимость и бизнес-активы.

Трахов-старший в заявлении о признании иска согласился с тем, что это имущество - его «нетрудовые доходы», которые он скрывал от декларирования, оформляя на родственников и близких людей.

Г-н Трахов бывший прокурорский работник, естественно, доктор юридических наук и профессор. Член Совета судей. Обладатель Ордена почета и ордена «За заслуги перед Отечеством».

С г-ном Траховым я как-то пересекался лично. Помнится, меня попросили выступить перед юристами Адыгеи в рамках какого-то мероприятия местного АЮР. В президиуме сидел, естественно, и председатель местного суда общей юрисдикции, то есть, этот самый г-н Трахов. Я рассказывал что-то о единстве судьбы прав на участки и зданий на нем, а также о концепции единого объекта недвижимости.

После выступления г-н Трахов (видимо, осмыслявший правовой режим своих нетрудовых доходов) спросил меня, а что думает по поводу единого объекта верх.суд. Я ответил так: все сложно, эк.коллегия скорее признает, гражд.коллегия скорее не признает. Он сказал: «Понятно».

Но больше всего меня интригует вот что.

Если г-н Трахов признал, что принадлежащее ему имущество было получено им в собственность, так скажем, не его собственными трудами, то это по идее означает незамедлительное возбуждение уголовного дела о взяточничестве.

Интересно, будет ли это сделано? Я думаю, что вряд ли. Ведь вся антикоррупционная активность прокуратуры - несмотря на ее успешность с точки зрения имущественного результата, почему-то не выливается в последующие уголовные дела о коррупции.

Любопытно, почему?