Несколько месяцев назад я выкладывал текст моего заключения по трем интересным вопросам обязательственного права:

(а) если стороны заключили договор поставки товара, продажа которого в Россию запрещена иностранным санкционным режимом (причем договор заключен после введения санкций), должен ли покупатель соглашаться с изменением или расторжением договора по просьбе поставщика, испытывающего сложности с поставкой? Есть ли здесь просрочка кредитора?

(б) если в договоре поставки нет условия об авансировании, означает ли это,что покупатель в случае просрочки поставки не понес убытки и суд поэтому может снизить неустойку за просрочку по ст. 333 ГК?

(в) если покупатель, полагающий, что ему причитается неустойка с поставщика за просрочку, произведет зачет неустойки против долга по оплате товара, но впоследствии суд сочтет, что неустойка подлежит снижению и потому зачет в этой части не состоялся, то следует ли считать покупателя находящимся в просрочке?

Эти вопросы были подняты в деле № А63-17928/2024. Суд ответил на все эти вопросы положительно, что неверно.

Замечательно, что апелляционная инстанция (16ААС) прислушалась к аргументам о том, почему это грубые ошибки суда первой инстанции, и исправила их.