Эк.коллегия опубликовала отличное определение № 305-ЭС25-619 (председательствующая - судья Г.Г. Попова).

В деле обсуждается очень важный вопрос о валюте долга и валюте платежа в договорных обязательствах, а также о значении колебании курса при разрешении договорных споров.

В деле такой сюжет.

Был куплен автобус за 150 тыс. долларов США (оплата в рублях). Однако он не был поставлен покупателю. Тот отказался от договора, заключил куплю на такой же автобус с другим продавцом. Цена составила 160 тыс. долларов США. И в первом, и во втором случае валюта платежа - рубль.

Однако к моменту совершения второй сделки курс рубля к доллару сильно упал.

Спрашивается, как считать убытки по замещающей сделке? Это 10 тыс. долларов США (по курсу в рублях на день исполнения договора) или разница в рублевом эквиваленте цены автобуса по первой и второй сделке? Разумеется, разница между результатами этих подсчетов в деле была значительной.

Я всегда исходил из того, что если стороны в договоре установили валютную оговорку, они приняли на себя все связанные с этим риски. Поэтому все обязательства должны определяться по валюте долга (а не валюте платежа).

У меня даже как-то было дело в ФАС МО, в котором обсуждалась та же проблема - как определить размер подлежащего возврату аванса при расторжении договора - по валюте долга или валюте платежа. Моя позиция была - по валюте долга. Но ФАС МО не согласился, написав что-то невнятно-канцеляритное.

А вот теперь наконец появилась правильная позиция верх.суда. Ее суть как раз и заключается в том, что если в договоре есть оговорка о валюте долге, все риски любых колебаний курса теперь на сторонах.