Литературные суши: заворачиваем истории

Вика попала в тело бессмертного заклинателя и уже прокачалась с уровня «Ой, мамочки, волки!» до «Рубить монстров так весело!». Но это было лишь начало пути. Ведь надо еще мир спасти, воспитать из главного героя приличного человека, устроить научно-техническую революцию и, самое главное, выжить. А также попутно отделаться от гарема, который как-то сам по себе собирается. Но разве у попаданки может все идти по плану?

Одно из чудовищ развернулось прямо в воздухе, забило крыльями и выстрелило. Чжень приземлился на вершину сосны и тут же оттолкнулся от неё не столько носком, сколько сконцентрированным в нём ци, а стрелу отбил в сторону ребром ладони. Остальная Саранча тоже начала разворачиваться, с пугающим и отвратительным изяществом. На Чженя смотрели низко посаженные морды. Множество круглых, острозубых ртов были расположены там, где у людей находятся щёки и шея. В центре морды два гигантских жвала, беспрерывно щёлкающие и голодные. Маленький рот между ними всё время выделял густую, белёсую слюну. Только сейчас Чжень понял, что у этой Саранчи нет уже привычных ему четырёх нижних конечностей вместо них две пары кожистых крыльев. В том, что можно назвать руками, чудовища сжимали уродливые арбалеты, сделанные из отрезанных человеческих пальцев и обглоданных костей.

Ци Сы Чжэ обнаруживает, что, возможно, кто-то дёргал за ниточки, которые привели к автокатастрофе, в которой погибла его девушка Юй Фэй. Он решает присоединиться к отделу по расследованию особо тяжких преступлений Хэ Чэна, чтобы продолжить расследование. Находясь там, он оказывается вовлечённым в таинственные и странные дела - как, например, тело, завёрнутое в паутину, и пропавшее тело, которое оказывается в раковине с формалином в его лаборатории.

— Почему вы меня не убьёте? — выдавил из себя Янь Ляо.
— Человека можно убить, — кивнул хозяин дома. — Но родительская любовь — это одна из добродетелей, а я не могу отринуть её сейчас, когда передо мной тот, кто потерял учителя.
— Звучит по-человечески.
— Верно, — колдун едва слышно рассмеялся над ухом Янь Ляо. — Но я лишь воля Неба. А даос лишь воля природы. Он не подчиняет себе молнию и лёд, господин Янь.

— Значит, вы идёте против намерения.
— Намерение, это ещё не весь путь, — ответил молодой даос. Старый колдун кивнул:
— И всё же, действуя так, вы обрекаете себя на поражение, юноша.
— У меня есть долг, — Янь Ляо пригладил бороду и усы. Выпрямил спину, глядя в глаза хозяину дома. — Этот долг важнее победы или поражения.

Друзья, пришло время устроить уютный совместный просмотр! Мы собрали 5 крутых и совершенно разных по настроению дорам. Какая из них скрасит наши вечера — решать только вам.

Это мощная драма о любви на линии огня. В центре сюжета — капитан элитного спецназа Ю Сичжин и талантливый хирург Кан Моён. Он выполняет секретные миссии и забирает жизни ради родины. Она — спасает людей вопреки всему. Судьба сталкивает их в горячей точке во время масштабной катастрофы.

С первых страниц книга цепляет холодной расчётливостью: учитель Чжан Дуншэн совершает идеальное, как ему кажется, убийство, а подростки Чжу Чаоян, Дин Хао и Пупу случайно становятся его свидетелями — и вместо того, чтобы пойти в полицию, решают шантажировать убийцу.
Больше всего поражает, как автор показывает детей не как „невинных жертв обстоятельств“, а как людей, у которых уже сформировались свои жёсткие правила выживания. У каждого — своя боль: Чаоян привык прятаться в учёбе и держать всё под контролем. Он  пытается заслужить любовь и уважение отца, но сталкивается с тем, что отец всегда  выбирает новую жену и младшую дочь. Дин Хао действует резко, потому что привык выживать, он подворовывает деньги на компьютерные игры. А маленькая Пупу готова на риск просто потому, что ей отчаянно нужны деньги, ее подозревали в убийстве девочки. Их поступки пугают, но при этом в них есть пугающая логика.
Втроем они становятся соучастниками одного самого мерзкого преступления. Меня очень возмутило, что они начали  шантажировать  убийцу , вместо того, чтобы  заявить в полицию. Так ещё потом и вовсе предлагают ему ещё один выход из сложившейся ситуации. В то, что там происходит, сложно поверить. В моей голове с трудом укладывалось то, что это делают дети. Совершают убийство, стараются замести следы, планируют новое убийство, шантажируют убийцу.
Книга держит в напряжении. Моментов расслабиться не будет. Постоянно что-то случается.
Финал, как по мне, идеален. В целом я ожидала такой развязки.
И пусть книга, неидеальная, местами немного мерзкая, но не отпускает и заставляет задуматься после прочтения.

Чжан не понимал, как мальчишке могла прийти в голову мысль совершить столь тяжкое преступление, и он поражался детальности планирования. Он уже начал подозревать, что является последней составляющей продуманной схемы и пути к отступлению у него нет. Он годами копил ненависть, прежде чем задумался об убийстве и пришел к выводу, что оно неизбежно. А тринадцатилетний подросток решился убить своего отца и мачеху за какой-то месяц...

Нам Нэиль — книггер. Мечтая о собственной писательской карьере, она тайно создает бестселлеры для других авторов, чем и зарабатывает на жизнь.
Все меняется, когда ей предлагают работать с популярным автором в качестве помощницы, а не литературного раба. Видя шанс стать настоящим писателем, Нэиль хватается за эту возможность. И через какое-то время получает букет белых лилий с запиской: «119».
Теперь Нэиль все время чувствует, что ее преследуют, и везде ощущает удушающий аромат лилий. Таинственный поклонник продолжает присылать ей букеты с цифровым шифром и посланиями, намекая, что знает ее секрет: она — настоящий автор чужих бестселлеров. А также тайну, которую Нэиль скрывает со школьных времен…

— Взрослые всегда слушают только одну сторону и обычно — это девчонка. Они такие глупые! — Чаоян тяжело вздохнул. — Взрослые считают, что дети не умеют врать. И понятия не имеют, какими злыми они бывают порой.
Дин Хао и Пупу безоговорочно согласились с ним.
— Взрослые думают, что дети с года до восемнадцати все одинаковые. Может, пятилетка еще и не умеет врать, но когда ему перевалит за десять, он может придумывать очень убедительную ложь. Взрослые нас недооценивают, — добавил Чаоян.