Пускай простит меня Ван Гог —
что не помог, когда был нужен он,

что не постелил травы под ноги
на выжженной дороге, как положено,

что не развязал шнурков
его крестьянских пыльных башмаков,

что в зной не дал напиться воды
и не удержал от пули в тишине.

А надо мной — как пламя — кипарис,
нависший, будто всполох из материи.

Лимонный свет и глубь темно-синяя —
без них я б не стал собой самим;

понизил б речь свою до пустоты,
сбрось я чужую ношу на ходу.

Но грубость ангела, с которой он
свой мазок связывает с моей строкой,

ведёт и вас сквозь зрачок его —
туда, где дышит звёздами он.

Арсений Тарковский

ЛИТЕРАТУРА • МУЗЫКА • ЖИВОПИСЬ