Комната не изменилась.
Это было первое, что поразило Лиса. Тот же узкий кабинет под крышей старого крыла, тот же запах сухого дерева и чернил. Даже свет падал так же косо, из маленького окна, деля пространство на яркую полосу и густую тень.
Когда-то это место казалось безопасным.
Здесь его учили говорить. Стоять. Слушать. Здесь его не били и не угрожали, здесь его формировали. Наставник любил говорить: — Ложь — это не обман. Это форма заботы о собеседнике.
Лис подошёл к зеркалу.
Оно всё ещё висело на стене, чуть потускневшее, с трещиной в углу. Перед этим зеркалом он когда-то проводил часы. Учился улыбаться, сначала широко, потом сдержанно. Учился поднимать бровь ровно настолько, чтобы казаться заинтересованным, но не удивлённым. Учился смотреть так, будто понимает больше, чем говорит, и говорить так, будто не говорит ничего опасного.
Он помнил это ощущение. Лёгкость. Контроль. Власть над впечатлением.
Лис улыбнулся отражению автоматически, почти радостно. Улыбка вышла идеальной. Королевской. Той самой, которая когда-то открывала двери, гасила гнев, заставляла верить.
И на секунду ему стало хорошо.
Как будто всё снова было просто: есть он, есть роль, есть правила. Как будто можно снова надеть лицо, и мир подстроится.
Потом он попытался убрать улыбку.
И не смог.
Мышцы лица не слушались. Отражение смотрело на него всё той же отрепетированной маской, спокойной, уверенной, слегка насмешливой. Он нахмурился, и это тоже выглядело правильно. Честно. Убедительно.
Слишком убедительно.
Лис поднял лапу и коснулся щеки, будто проверяя, жива ли кожа. Под пальцами было тепло. Настоящее. А в зеркале — нет. Там был образ. Набор выученных движений.
— Хватит, — сказал он тихо.
Зеркало не ответило. Оно просто показывало того, кем он умел быть.
Раньше Лис учился врать, а теперь он больше не знал, как выглядит правда.
Он отвернулся от зеркала, но ощущение не исчезло. Как будто маска осталась на нём.

#Снежная_битва_Акбишо_13