Ночь в лесу была рабочая: трещали сучья, шуршали мыши, где-то далеко ухала сова. Шаман сидел у костра, варил чай из хвои и делал вид, что это обычный вечер. Напротив лежал Волк. Слишком ровно лежал. Звери так не лежат.
— Ну что, — сказал Волк, не глядя, — переводи. Он произнёс это человеческим голосом, без рыка.
Шаман не дрогнул. Только помешал чай палочкой, будто решал сложную задачу в уме.
— Волк говорит: “я спокоен”, — сообщил он в темноту. Он произнёс это громко, официально, для леса.
Волк приподнял ухо.
— Я не это сказал, — заметил он сухо. Хвост чуть дёрнулся — раздражение, очень человеческое. Ему было обидно, что его снова упрощают.
— Лес не любит конкретику, — ответил шаман. Он подбросил ветку в огонь, и искры взлетели в небо.
— Лес? — Волк усмехнулся. Усмешка вышла правильной, человеческой. Он был слишком умным для зверя, и знал это. — Ты опять прикрываешься деревьями.
Шаман пожал плечами и сделал глоток.
— Ты хочешь, чтобы я сказал это вслух? — спросил он. Голос был спокойный, но глаза не улыбались. Он не хотел ломать то, что держится на молчании.
Волк перевернулся на бок, вытянул лапы к теплу.
— Я хочу, чтобы ты не делал из меня цирковую “умную собачку”, — сказал он. Он произнёс это без злости, почти устало.
— Волк говорит: “я гордый”, — снова “перевёл” шаман. И добавил с лёгкой ухмылкой: — “И красивый”.
Волк фыркнул.
— Ладно, — сказал он. Повисла пауза. Он принял игру, потому что она спасала обоих.
Шаман достал кусок вяленого мяса и положил рядом.
— Ешь, — сказал он. Коротко, по-домашнему. Он искренне о Волке.
Волк посмотрел на мясо, потом на шамана.
— Я помню хлеб, — сказал он тихо. Слово “хлеб” прозвучало как заноза. Память проснулась не вовремя.
Шаман на секунду замер. Потом кивнул, будто услышал просто звериную прихоть.
— Волк говорит: “мясо сухое”, — сказал он лесу. И добавил уже Волку, почти шёпотом: — Я знаю.
Ему стало больно.
Волк опустил голову.
— Ты ведь понял, да? — спросил он. Голос стал тише, ближе к костру. Он просил подтверждения.
Шаман долго смотрел в огонь. Потом сказал ровно:
— Ты просто умный зверь.
Он произнёс это мягко, почти ласково.
Волк улыбнулся уголком пасти.
— Спасибо, — сказал он. И это “спасибо” было взрослым, горьким.
Шаман подвинул к нему чайник.
— Пей, — сказал он. И уже совсем тихо добавил:
— Пока можешь.
Волк посмотрел на человеческий огонь, как на дом, который не вернуть.
— Волк говорит… — начал шаман по привычке.
— Не надо, — перебил Волк. Он закрыл глаза.
— Я все понял.

#Снежная_битва_Акбишо_13