​​
Надо, думаю, пить бросить.
Взял и бросил. Не пью и не пью. Час не пью, два не пью. В пять часов вечера пошёл, конечно, обедать в столовую.

Покушал суп. Начал вареное мясо кушать - охота выпить. «Заместо,- думаю,- острых напитков попрошу чего-нибудь помягче - нарзану или же лимонаду». Зову.

- Эй,- говорю,- который тут мне порции подавал, неси мне, куриная твоя голова, лимонаду.
Приносят, конечно, мне лимонаду на интеллигентном подносе. В графине. Наливаю в стопку.

Пью я эту стопку, чувствую: кажись, водка. Налил еще. Ей-богу, водка. Что за черт! Налил остатки - самая настоящая водка.

- Неси,- кричу, - еще! «Вот, - думаю,- поперло-то!» Приносит еще.

Попробовал еще. Никакого сомнения не осталось— самая натуральная.

После, когда деньги заплатил, замечание все-таки сделал.

- Я, - говорю, - лимонаду просил,
а ты чего носишь, куриная твоя голова? Тот говорит:

- Так что это у нас завсегда лимонадом зовется. Вполне законное слово. Еще с прежних времен... А натурального лимонаду, извиняюсь, не держим - потребителя нету.

- Неси, - говорю, - еще последнюю.

Так и не бросил. А желание было горячее. Только вот обстоятельства помешали. Как говорится - жизнь диктует свои законы. Надо подчиняться

МИХАИЛ ЗОЩЕНКО, «Я не пью», 1926 г.