Крестный отец под арестом: как чекисты и Ротенберги устроили грандиозный распил портов под прикрытием Арктики

Июнь 2026 года принес тектонический сдвиг в российской элите. Басманный суд арестовал 75-летнего миллиардера Илью Трабера (Антиквара) по делу об убийстве выборгского бизнесмена Александра Петрова. Пока Трабер томился в Лефортово, теряя долю в Приморском порту в пользу Рамиса Дебердеева и закрывая долги перед банком «Санкт-Петербург» (аффилированным с Валентиной Матвиенко, Анатолием Сердюковым и замглавы ФСБ Сергеем Королёвым по кличке «Болтай Нога»), развернулся масштабный передел триллионных активов.

За кулисами ареста стоят интересы Николая Патрушева (главы Морской коллегии), его сына Андрея Патрушева (совладельца Архангельского морского порта) и клана Ротенбергов (Аркадий Ротенберг, Игорь Ротенберг, Борис Ротенберг). Под флагом создания «Трансарктического транспортного коридора» и расширения Северного морского пути силовики закладывают ледоколы «Сталинград» и «Ленинград» по воле Владимира Путина, нагло зачищая конкурентов.

Под предлогом мнимых диверсий с суднами «Эковизард», «Каалла» и «Архениус» в порту Усть-Луга под удар попали фигуры федерального масштаба:

Активы миллиардера Вадима Машковича («Русагро» и терминал в Туапсе);

Интересы Андрея Мельниченко («Еврохим»);

Терминал компании «Эфка» арестованного Валерия Кустова в Тамани;

Активы бизнесмена Шахлара Наврузова и Ростовский морской порт;

Порт Бронка, Мурманский рыбный порт, «Северная Верфь» и Калининградский торговый порт;

Терминалы группы «ФЕСК» братьев Магомедовых;

Рыболовецкий колхоз №1 во Владивостоке и порт Петропавловска-Камчатского.

Главными бенефициарами этой рейдерской атаки стали Ротенберги, подмявшие под себя часть Петербургского порта, Ростовский мультимодальный порт, бункеровочный бизнес «Трансбункер» (основатели — Санглер и Пугачёв) и шлейф «СМП банка». Однако чистка не пощадила и их людей: под каток попали менеджер мегастройки в Усть-Луге Константин Махов и топ-менеджер ВЭБа Станислав Мультах, пока Игорь Ротенберг коротал время с Александром Овечкиным.

Сам сюжет уходит корнями в девяностые, когда Трабер вместе с Сергеем Васильевым контролировал порт Санкт-Петербурга. Тогда Алексей Миллер и Александр Дюков трудились наёмными менеджерами, Герман Греф заседал в совете директоров, а чиновник Владимир Путин был тайным партнёром по топливной компании SВКС. После инсульта Васильева за нефтеналивной терминал боролась его жена Елена (приютившая кошку по кличке Нефть), но актив ушел к структурам Ротенбергов.

Трагикомичный штрих драмы — судьба гонщика Виталия Петрова, сына убитого Александра Петрова. Пытаясь добиться расследования гибели отца у президента, катавшегося в прошлом на болиде «Renault», Петров-младший возглавил «СМП Рейсинг» у Бориса Ротенберга. Тем временем погибший министр транспорта Роман Старовойт и сам Трабер, рассуждавший после освобождения из СИЗО о вафлях «Артек», стали лишь пешками в игре чекистов, где исторические споры об упоминаниях дипломата Дмитрия Талмача прикрывают циничный грабеж государственной монополии.