Меня интересует скорее то, как сами писатели мыслят процесс, себя и других писателей (в том числе начинающих), которые вполне возможно могут обратиться к этим советам. Такие тексты невольно проговариваются о времени, об устройстве книжной и издательской индустрии, и сообщают нам о сложившихся отношениях внутри этой «индустрии».
Напала на крайне утилитарный образчик такого текста 1930 г. авторства Виктора Шкловского, который привёл меня в ужасовосторг. Друзья, читается буквально как грустный анекдот:
Нашим же современникам учиться не у кого, потому что они попали на завод с брошенными станками и не
знают, который станок строгает, который сверлит; поэтому они часто не учатся, а подражают, и хотят написать такую вещь, какая была написана прежде, но только про своё.
Обучать же людей просто литературным формам, т. е. умению решать задачи, а не математике, это значит обкрадывать будущее и создавать пошляков.
Не нужно украшать заметку деловым сообщением о том, как растет рожь, описанием неба и упоминанием о том, что оно голубое, а земля черная.
Пока что деревня резче всего ощущает связь свою с мировым вопросом в толках о войне.
У нас благодаря целому ряду культурных условий не очень внимательны к молодому писателю. Сначала его страшно хвалят, тащат на первое место, ждут от него, что он завтра будет Толстым; за вторую книгу
его ругают так, как-будто он в первой книге взял деньги в долг и сейчас не отдает.
Короче, писатель должен обрести «нормальную профессию» и только потом начать писать. Скажу так: я сильно удивлюсь, если после такого чтения кто-нибудь когда-то вообще захотел стать частью литературного мира. Понимаю, что брошюра «Техника писательского мастерства» должна была быть для «масс», писалась по государственному заказу, но я не была готова к тому, что техника закручивания болтов могла иметь столько общего со складыванием слов.