Как не терять оптимизм и верить, что «вода камень точит», бывают и хорошие фемновости?

Честно скажу — не знаю, возможно ли вообще никогда не терять оптимизма, особенно учитывая мировые события… Но знаю точно: если оптимизм потерян — его можно отыскать вновь.

А чтобы увидеть, как вода точит камень, можно сравнить жизнь наших бабушек, матерей с нашими жизнями и увидеть, насколько сильно сместился общественный дискурс: ещё совсем недавно невозможно было подумать в сторону того, что жертва вообще-то не виновата, что выносить сор из избы не только не позорно, но и необходимо, что без штанов в доме можно прожить прекрасно и куда счастливее, чем с ними, и так далее. Значит, прогресс есть. В мире можно увидеть и куда более масштабные сдвиги: женщины массово идут в науку, развенчивают патриархальные мифы и проводят необходимые женщинам исследования, женщины идут в политику (где это возможно), снижают уровень гендерного неравенства и повышают качество женской (в том числе материнской) жизни — и так далее. В целом вы правы, понимание этого, как и отдельные положительные новости, могут служить для поддержания оптимизма!

А ещё — юмор. Очень хорошая профилактика уныния. Собственно, пятничная рубрика выполняет, в частности, и эту функцию.

Если можно, изложите кратко своё отношение к психиатрии и психологии вообще и в нашей стране в частности.

Прежде всего я отмечу необходимость различать медицину (психиатрию и психотерапию) и гуманитарную дисциплину (психологию). Ко второй не предъявляется никаких врачебных стандартов, и она не имеет права работать с болезнями — иными словами, это вспомогательный инструмент для здоровых людей.

Что же касается медицинской сферы — её я рассматриваю в комплексе с остальными медицинскими сферами (как радфем я привыкла мыслить системно), и проблемы действительно аналогичны у всех направлений, однако у некоторых имеются свои особенности и специфика: так, государственные аппараты используют гинекологию как инструмент для осуществления репродуктивного давления, психиатрию — для устранения неугодных (фактически аналог тюрьмы), бизнес использует фармакологию как источник обогащения в ущерб эффективности, пластическую хирургию — как индустрию красоты вместо истинного её назначения и т. д.

Я достаточно тесно знакома с психиатрией, в том числе лично, поэтому вижу в ней такие проблемы:

— Некачественная диагностика (общая проблема медицины, особенно в нашей стране), из-за которой здоровых пациенток могут лечить от несуществующих болезней, а больных — не лечить от существующих, или лечить не теми средствами, или неверными дозировками, или некорректно подобрать длительность курса и так далее.

— В целом низкий уровень образования (тут впереди планеты всей ВОПы, но среди узких специалистов этого, к сожалению, тоже очень много) — вот как научились с горем пополам по каким-то книгам, так и лечат, и получается, что наука постоянно шагает вперёд, а эти врачи игнорируют прогресс, да ещё и старые знания не обновляют — если вообще что-то помнят, кроме протоколов.

— Мизогиния (ну тут к любому врачу приди, а он тебе в ответ: да что вы придумываете! Гинеколог посоветует родить «ото всего», акушерка выдавит ребёнка и послед, накричит и вполне может ударить, хирург зашьёт наживую и сделает «стежок для мужа», кардиолог отмахнётся от «слишком молодой» или «слишком старой», терапевт потребует «не врать» и жить в предобморочном или ином патологичном состоянии дальше и так далее — везде, где с мужчиной бы носились, как с писаной торбой, от женщины отмахнутся, а то и вовсе навредят) — здесь психиатрия не отстаёт от коллег: женские жалобы легко списываются на причуды пола, опасность симптомов преуменьшается, на причины симптомов внимания не обращается — отсюда произрастает либо многолетнее кормление таблетками женщин, которым нужно сперва от насильника уйти или проверить состояние щитовидной железы, либо, наоборот, лишение медикаментов (а они в психиатрии рецептурные) женщин, которым они остро необходимы (чтобы выспаться, чтобы ясно мыслить, чтобы иметь силы жить и решить корень проблемы).