блатнякночь нескладная, но привычная,
на семейном застолье - блатняк
и консервированные ананасы.
папа купил для гостей пачку Ричмонда,
мама искала в рамблере: «что такое пилатес?»
детство с привкусом собачьей помадки
быстрее объявления по радио.
мир повзрослел, когда крёстный
подарил мне не шоколадки, а баранину,
и ежедневник с увесистой ручкой,
казалось, что в ней помимо металла
тяжесть всей жизни грядущей,
и ничего не осталось,
от тех будней,
времечка неотвратимо плавного,
у старых радикалов появились ультраправнуки,
а я с душой до ста зажмуренной
сижу на остановке в мурино,
вокруг единое, конечное,
и необъятный звон,
что слышал башлачёв.
увижу крёстного,
но подарить мне нечего,
и время спросит: «что ещё
останется после тебя?
кроме строк в столбик,
кроме шайбы снюса?»
до свидания, кореша,
нам остаются
только окошки бездны нараспашку,
но силуэт неповторим,
как автомат Калашникова.
и будущее пузырится слюнками,
почти что живое, как закадровый смех,
но там, где обещали спутники,
вручат т-образные лезвия
всем.
стояли морозы,
как дембельский вагон, зашумела зима,
ни убивать, ни приподнять.
забытая ночь, и я по кровати ёрзаю,
пытаюсь найти ежедневник,
пытаюсь включить блатняк.
———
сегодня каналу 2 года, кстати, поэтому скоро допишу ещё один текст, и, очень надеюсь, к осени все-таки выпущу сборник!
риспек, что читаете 💔