BL @lien_xo
Я кореянка, и когда люди спрашивали, почему я не еду на ярмарку в Сеул, я отвечала: „Простите, но это же совпадает с чемпионатом по теннису US Open“. Когда ты ловишь себя на мысли, что лучше останешься дома смотреть телевизор, чем полетишь на другой конец света на какое-то там „эксклюзивное“ мероприятие — вот тогда всё и понимаешь.
Ханс Ульрих Обрист: Райнер Мария Рильке написал небольшую книгу — «Письма к молодому поэту». Мне стало интересно: что бы вы сегодня посоветовали молодому художнику?Из беседы Сэма Гиллиама и Ханса Ульриха Обриста (2019)
Сэм Гиллиам: Вам стоит переварить Барнетта Ньюмана. Переваривать тайну каждого художника прошлого. Посидеть и послушать лекцию хорошего историка искусства, который умеет расставлять всё по местам. Читайте книги с конца. Читайте книги как угодно. Самое важное — сохранить ту игру, которая была у вас в детстве. Не теряйте её.
Конечно, сейчас импичмент [Трампа], вся эта драма — подобные [политические] вещи происходили на протяжении всей истории. Но очень важно уметь судить и критически оценивать своё время и прийти к собственному пониманию того, каким именно вы хотите быть.
Вся суть в том, чтобы упражнять свои мечты — всё то, что существует у вас в голове, ваши желания.
Искусство — это демонстрация того, что обыденное является экстраординарным.
...Знаки и стрелки Митчелла исходят из другого типа упорядочивания. Знак иногда способен обозначать, направлять, прояснять. Он может указывать, куда идти или где что-то находится — в пространственном или метафорическом смысле. Налево, прямо, туда, вон там. Здесь же направления нечисты. Они комичны, космичны, непристойны, историчны, даже отчаянны: Месть, Скука, Смерть, Ничто, ГУЛАГ, Нигде, Везде. Стрелки указывают, но направлены они не наружу, а внутрь — и слишком далеко внутрь. Знаки обещают нечто большее, чем просто маршрут, — скорее некое испытание, словно, пройдя его до самого конца, можно выйти где-то по ту сторону — оправданным.
...В сущности, с 1980 по 1985 год я вообще не занимался живописью и работал с кино. Живопись стала слишком экзистенциальной, слишком мучительной и слишком глупой. Поэтому мне нужно было от неё отстраниться. И благодаря всему этому приключению с кино, благодаря работе с объективом, я понял, что между живописью и кино существует огромное сходство: и там и там речь идёт о том, как подступиться к изображению. Кроме того, живопись можно переписывать — чего, например, нельзя сделать с рисунком. Зато фильм можно монтировать. В этом смысле работа с кино мне очень помогла.Люк Тюйманс
А затем я вернулся к живописи. И на этот раз мне наконец удалось уловить тот цифровой свет, который я пытался поймать уже очень, очень давно...
Мы никогда не были так свободны, как во время немецкой оккупации. Мы были лишены всех прав, в том числе и права говорить, нас оскорбляли в лицо каждый день, и мы должны были молчать, нас всех ссылали: и рабочих, и евреев, и политических заключённых; везде на стенах, на страницах газет, на экране мы видели это грязное и бледное лицо: захватчики хотели, чтобы именно такими мы себя сделали. Именно поэтому мы были свободны.Жан-Поль Сартр - Республика молчания (1944)
Для Скарпитты задача художественного исследования — определить сам смысл художественного исследования, тогда как произведение должно пониматься как “вещь”, регистрирующая процесс делания и его развёртывание.
На самом деле я не ищу каких-то универсальных истин. Если у меня и возникает заранее какое-то представление о человеке, основанное на моём знании других людей, оно исчезает при личной встрече.