#зарисовка

Собираясь ложиться спать, Рюноскэ сталкивается с неожиданной проблемой – уже мирно спавший Ацуши самозабвенно уткнулся в белый пушистый мех, настолько аккуратно сложившись калачиком вокруг соседского кота, что подступиться к нему не представлялось возможным. Уснув на самом краю, он оставил достаточно места для Акутагавы, очевидно чтобы тому ничего не оставалось кроме, как с завистью пялиться на блаженное лицо Накаджимы и морду наглого кота.

Кацу, во все остальное время являвшийся главным всеобщим любимцем, сейчас откровенно раздражал. Акутагаве разве что оставалось устроиться в ногах Ацуши, чтобы выглядеть также же жалко, как он сейчас себя чувствовал. А это вообще-то был его парень.

– Брысь, – произнес Рюноскэ злым шепотом, отгоняя кота ладонью, – давай-давай, пора домой, – какого черта наглый кошак вообще оставался у них спать, когда его дома ждала заботливая любящая хозяйка, он не знал. Возможно, чтобы забрать заботливого любящего парня, который ждал его.

Ацуши, словно издеваясь, прижался ближе к коту. Кацу довольно замурчал, и скорее всего Рюноскэ в темноте комнаты только так показалось, но он был готов поклясться, что это злобное создание только что самодовольно ухмыльнулось, млея от чужой ласки.

Чувствую себя до невозможного нелепо, но от того не менее брошено, Рюноскэ потянулся к коту, намереваясь передвинуть его в другой угол, но у Кацу были другие планы. Стоило тонким пальцам лечь на его бока, как он изо всех сил вцепился в покрывало. Раздался треск ткани и оглушительное протестующие мяуканье, Рюноскэ не успел ничего сделать, как оказался поцарапанным, униженным, оскорбленным и все ещё неимоверно далёким от своей цели. Потому что наглый кошак демонстративно устроился на руке Ацуши, ткнувшись мордой ему в лоб.

– Кацу! Чертов засранец, я чистил твой лоток этими руками! – зло прошелестел Рюноскэ.

Это было почти смешно. В самом деле, он что, должен торговаться с котом? Акутагава Рюноскэ – взрослый разумный человек, он может просто лечь на свою половину кровати и спокойно уснуть. Необязательно ведь разводить драму из-за подобной мелочи? Разумеется.

Разумеется, обязательно.

– Пошел вон! – скрипя зубами, шепотом процедил Рюноскэ, хватаясь за шкирку кота и незамедлительно получая удар лапой по лбу, – Ты! АЦУШИ!

Ацуши резко подскочил, ошалело уставившись на Рюноскэ. Кот словно в поисках защиты запрыгнул ему на колени, выглядя так несчастно, будто Рюноскэ пытался, как минимум придушить его минуту назад. Хотя единственным, кто действительно пострадал в этой схватке был именно Акутагава. И речь не только о разбитой вдребезги гордости.

– Что происходит?

– Прогони его! Немедленно!

Ацуши непонимающе моргнул:

– Чего? Зачем?

Рюноскэ окончательно потерял самообладание:

– Это мое место! – крикнул он ткнув пальцем на свернувшегося под боком Ацуши кота.

Только что проснувшийся Накаджима разумеется ничего не понял, уставившись на Рюноскэ, как на умалишенного.

– ???

Рюноскэ почти задохнулся от возмущения, и не в силах больше выносить этого позора резко отвернулся и, накрывшись, лег.

Ацуши пару секунд осоловело пялился на кокон из одеял, где едва виднелась черная макушка Акутагавы, после чего лег обратно, все ещё по инерции поглаживая кота.

Прошло минуты три, прежде чем насупленный и все ещё оскорбленный Рюноскэ услышал смех за спиной. Он непонимающе повернул голову:

– Совсем чекнулся?

– Ты... Ты серьезно? Ха-ха! –Ацуши расхохотался настолько сильно, что не мог выдавить ни слова, задыхаясь от распирающего его смеха, – боже не могу поверить!

Рюноскэ в ответ мог только нахмуриться, у него было очень плохое предчувствие.

– Твое место, да?

К лицу прилила кровь. Рюноскэ резко отвернулся, закапываясь, как можно глубже, чтобы уже через секунду почувствовать давление со спины.

Ацуши, навалившись на него сверху, от души хохотал:

– Это правда только что была сцена ревности к коту? Это не какой-то нелепый сон?

– Катись к черту, – пробурчал Рюноскэ, жалея, что вообще сегодня вернулся в эту квартиру. Надо было остаться у Гин.