>Я принёс несколько записей оттуда. Перерывая всю библиотеку, пришёл к двум выводам — и оба они сводят с ума.
>Первая — язык этих записей не тот, что можно встретить в справочниках: это какая‑то странная мешанина древнеегипетских знаков, элементов санскрита и фраз церковнославянского. По буквам вчитываешься часами, пытаешься выцепить смысл в этой бессмыслице — и единственное, что удалось вытащить, это слово «инок». Всё остальное словно шифр, который ещё надо разгадать.
Вторая вещь — и от неё кровь стынет: я не справился. Бабочки в банке исчезли; вместе с ними пропали несколько томов по энтомологии и одна старая Библия образца, который трудно подделать. Это ужасно: я чувствую себя никчёмным хранителем — будто руки у меня связаны. Я потерял многое: не только книги, но и опору — отца, почти всех братьев.. И к тому же эти проклятые книги, которые должны были быть под защитой. (´-﹏-`；)>Сейчас я пытаюсь прийти в себя и понять, что делать дальше. Надо проверить описи, камеры и скрытые стеллажи, сопоставить номера и метки, вспомнить, кто в последний раз работал с этой секцией. Но стыд и злость — мешают. Мне нужно время, чтобы всё перепроверить и хотя бы попытаться вернуть хоть что‑то
ㅤㅤ🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟ㅤㅤ🌟