По информации Financial Times, у активов Лукойла появился второй претендент.
Финансист Тодд Боули собрал консорциум с американской госкорпорацией DFC и инвесторами из Персидского залива и хочет перебить сделку Carlyle, которая договорилась о покупке еще в январе и до сих пор ждет разрешения Вашингтона.DFC при этом претендует примерно на 15% новой компании.
Получается, что американское государство одновременно входит в состав покупателя и решает, кому продажу одобрить. Вопрос о равных условиях для двух претендентов тут отпадает сам собой.
На кону портфель, который оценивали в 20 млрд долларов: месторождения, европейские НПЗ и тысячи АЗС. Лукойл выставил этот бизнес на продажу после введения американских санкций.
Вся логика для инвестора упирается в одну деталь: пока компания под санкциями, денег от продажи она не увидит. Появление второго претендента влияет на цену активов, но не на счет Лукойла, поэтому ни дивиденды, ни свободный денежный поток от этой новости не меняются.
Ключевые тезисы:
— Компания продолжает жить на российском бизнесе, и именно он формирует отчетность: на балансе более 660 млрд рублей кэша, дивидендная доходность около 7,7%
— Зарубежная часть уже фактически вычтена из оценки, поэтому сюрпризом для котировок эта история станет только в момент фактического поступления денег, то есть после снятия ограничений
— Торг между Carlyle и консорциумом Боули определяет, какую сумму Лукойл однажды получит, и это долгосрочный фактор переоценки, а не повод для сделки сегодня
Решение по бумаге я принимаю по выручке и балансу, а такие новости держу в поле зрения как отложенный потенциал.
Как думаете, увидит ли Лукойл эти деньги вообще? 🐳