Отчёт о мероприятии. Санкт-Петербург, Памятник жертвам политических репрессий, 17.02.2024

На самом деле никакого мероприятия не было. Мы, питерским ЛевСД, хотели прийти с цветами коллективно (и может быть к Соловецкому камню или на Марсово поле), но разные графики не позволили, поэтому каждый возлагал цветы как и где удобно. А у меня и вовсе не получилось.
Проблемы начались сразу. Цветочный магазин удалось отыскать только где-то в километре от Воскресенской набережной, причём гвоздик там уже не было. "Берите вот эти розочки, они даже дешевле. Их берут сейчас те, кто идёт туда же, куда, наверное, и вы", понимающе объяснила продавщица.
Сам памятник полукругом окружали росгвардейцы, как обычно мешая проходу граждан. Но людей всё же пропускали, памятник утопал в цветах, и, хотя наготове стояли автозаки, я решил, что задерживают только тех, кто долго стоит или фотографирует. И ошибся. Внезапно они цепью понеслись на людей, в мою сторону, хватая всех подряд. Я успел бросить розочки на гранит, ну и собственно всё.
В автозаке было уютно, меня тут же включили в чат "Автозак 17.02", моментально оповестили ОВД-ИНФО. Я связался с "Наблюдателями Петербурга", так как ещё и член избирательной комиссии с правом решающего голоса, и они меня опекали ещё и персонально.
А люди к мемориалу всё же как-то пробивались. Не задерживали тех, кто с маленькими детьми или собакой, очень пожилых людей. При мне автозак стоял на набережной около часа, и за это время от цветов его чистили два раза: незабываемое зрелище, как росгвардейцы остервенело утрамбовывают цветы в чёрные паталогоанатомические мешки, чем не символ вообще всего, что сейчас происходит.
В 74 ОП нам выделили шикарный актовый зал (больше ничего шикарного там нет, и бедные менты работают в общем-то в такой же нищите и разрухе, в какой сидят задержанные), и эти три часа, когда все ждали оформления и были пока предоставлены сами себе, были одними из самых приятных у меня за последние два года. Оказаться в компании 22 адекватных, умных, весёлых, бесстрашных и абсолютно свободных людей - невероятная роскошь в наше время.
Всегда скептично относился к каким-либо либо политическим действиям без шансов на практический результат, но сейчас пересматриваю свою точку зрения. Пожалуй всё сейчас важно, любая, даже самая символическая активность. Да, так режим мы не изменим, но нужно что-то делать на этих чёртовых болотах, если жизнь и рассудок дороги нам. Как ни странно, из кпз я вышел куда меньшим пессимистом, чем был раньше.
А тем временем в 74 ОП пытались пробиться четыре защитника из ОВД-ИНФО и десятки родственников, друзей и волонтёров с передачами. Адвокатов так и не пустили, а передачи иногда пробивались. Мне самое необходимое в течение где-то шести часов пытались передать две волонтёрки, сменяя друг дружку, и в конце концов это удалось. Героическая волонтёрка, живущая где-то рядом, отстояв три часа на морозе (последний час я сам уговаривал её идти домой, но она не сдавалась), где-то около двух ночи всё же как-то сумела отдать воду и еду, и вовремя, как раз всё закончилось.
Само оформление было долгим и нужным, но привычным, а вот что удивило: агрессивное давление на тех, кто не хотел дактилоскопироваться. Какой-то эшник пытался фотографировать паспорта и лица, но этого легко отшили, а вот к дактилоскопии принуждали всем отделением, вплоть до начальника, с уговорами, угрозами, враньём, в общем весь спектр. Почему-то очень им эта дактилоскопия была нужна.
После оформления всех развезли по другим ОП, в 74-м остались только я и ещё один член избирательной комиссии: для привлечения нас к административной ответственности нужно было согласие прокурора города, и мы его ждали полтора дня, в камере кпз. Естественно, отобрали телефоны и вообще всё. Не разрешили взять в камеру даже еду и книжки. Первую ночь провели на голых нарах, во вторую выдали матрасы и разрешили передать спальники. Ну и накормили дошираком и разрешили, наконец, взять воду и еду из передач.
Поехав на суд, включил телефон и был поражён тем, какую тревогу забили в с моим исчезновением во всех левых пабликах Питера и в целом в ЛевСД.