— Вы полагаете, все это будет носиться?
— Я полагаю, что все это следует шить.

Эти строки написаны позже, но к Варваре Степановой подходят идеально. И да — будет ли это носиться, волновало ее не меньше, чем сами платья из ситца.

В начале 1920-х авангардисты объявили конец «искусства ради искусства» — и пошли туда, где художник может влиять на жизнь напрямую: в производство. В это время Первая ситценабивная фабрика искала новые орнаменты: прежний ассортимент уже не соответствовал духу времени. В «Правде» появился призыв к художникам — и на него откликнулись, среди прочих, подруги-художницы Любовь Попова и Варвара Степанова.

Они пришли не просто сдавать эскизы, а добивались доступа к цехам и печатным машинам: им важно было понимать технологию, ограничения и то, как рисунок будет жить на ткани. Степанова делала дерзкие конструктивистские узоры — круги, линии, геометрию, ритмы. Самое практичное в этом авангарде было то, что узоры печатались всего в двух-трех цветах: значит их было проще производить и они получались дешевле. И да — это носилось: ткани охотно покупали, и авангардный рисунок оказывался на платьях и рубашках.

Чтобы увидеть, как такие повороты складываются в большую историю, мы сделали курс

🎨 «Русское искусство»

На нем соберем три столетия в систему: от портрета и пейзажа — к авангарду, дизайну и советскому искусству; от Рокотова и Репина — к Малевичу и Кабакову. Разберемся, как менялся язык искусства — и как русская эстетическая революция вышла за рамки холста: в плакат, книгу, ткань и предметный мир.

Сегодня это КУРС ДНЯ, и не него действует ⚡️скидка 50%⚡️: https://levelvan.ru/l/dUc0MM