Она заставит время уступить. Перепишет любую архивную строку, разыщет нужный день среди миллионов вариантов и удержит Васю в нём обеими руками. Одиннадцать лет больше не казались отсрочкой. Это была целая жизнь, которую ещё можно прожить правильно и развернуть предначертанное.
Ей хотелось всего, что могло быть с ним: ждать из армии, сердиться из-за сигарет, слушать песни, которые он станет исполнять сотни раз, делить маленькую квартиру, деньги, одеяло и утренний чай. Хотелось знать его не неделю — до седых волос, до старых фотографий, до того дня, когда они перестанут помнить, кто первым взял другого за руку.