Песня русалки, как и сирены – это живая пульсирующая часть архаичного языка Души, стремящаяся через любовный зов соединиться с Миром. Человек боится этого любовного зова - в нём слишком много экстатического дионисийского безумия, которое сложно выдерживать. Ибо оно влечёт тебя в глубины морских водоворотов, там, где кораллы создают неповторимую геометрию водной Бездны, где раковины моллюсков трудятся, как монахи-отшельники, над своими жемчужинами, а рыбы плавают с удивлёнными глазами, встречая утопленников любовного зова.

В их песнях сквозит боль и одиночество, нега и трепет, чувственность и пластичная, почти прозрачная, телесность. Эта песня - не просто наша родственница, это песня - и есть часть нас, которая ждёт жениха, готового сойти в Ад со звёздной чашей Любви.

У Дарьи Виардо есть такие слова:

...Мы — русалки, не видные жизни людской
Непригодные к миру на суше
Стоит только подняться из бездны морской
Сразу свет и тепло нас задушат...

Это значит только одно: к Душе нельзя прикасаться светящимся опаляющим логосом разума, который пытается всё рационализировать, чтобы удержать контроль, и препарировать тело мира на чёрное и белое. Душа в ужасе ускользает и тает от лучезарного скальпеля ума, сталь которого закалялась в огне хюбриса - человеческой гордыни.

Поэт Юрий Кузнецов пишет в стихотворении "Атомная сказка":

...Пригодится на правое дело! –
Положил он лягушку в платок.
Вскрыл ей белое царское тело
И пустил электрический ток.

В долгих муках она умирала,
В каждой жилке стучали века.
И улыбка познанья играла
На счастливом лице дурака.

Душа внемлет оракулам, поэзии, лире Орфея, выцветшим от солнца и луны краскам тёмно-золотых одеяний поэтов и мистов. Шёпот деревьев, родственный морской волне, и крик чайки, благоухание солёного цветка морской воды и стон влюблённого сердца - вот он язык Души и песня русалки, влекущая в глубокую ночь возлюбленных глаз.

#русалки@lesootundra
#разбор@lesootundra