Ты будешь страдать и нет ничего более нормального чем это. Ты будешь терять смысл, ориентир, желание. В эти длительные периоды у тебя будет какая-то иная и разная жизнь, помимо страдания. И это тоже нормально. Если ты доживёшь, то всё ещё встанет на свои места: ты отплывёшь от острова и возобновишь поиски дома. Семь лет прожить чужой жизнью,
«сам не свой», а потом повернуть от неё к — можно. и нормально.

Тебе станет жаль себя прежнего как другого, как несчастного. За то, как болела у тебя внутри пустота. Как холодно было твоей душе. Как ничтожно умалялось всё естество твоё от бессилия, как сливалось оно в одно беспомощное «больновато».
Как вырывалось оно резким плачем, «когда же», «почему» и «за что».

Твоё прошлое становится набором знаков, стремительно теряющих своё значение. Оно превращается в культ - в тайну, которая сохраняет и наращивает свою сакральность. И если она тень, то почему ты не тень?

А потом тебе будут напоминать. Тебе будут напоминать не прошлое, но тебя самого. Случайно, ситуационно, «вдруг», исполняя свои детские мечты — ты узнаешь сейчас, что ты еси; ты есть тот кто был, ты будешь тот кто будешь, ты — настоящее.

Может, всё будет совсем иначе. Всё всегда становится иначе.
И слава яйцам.