Кураторский комментарий к проекту «1:1» Виктора Жуковского
группа KRUS

Мы задумали эту работу как опыт зрительского ожидания. Через окно зрители могли видеть чемодан на тумбе — из него исходил золотой свет. Во время экскурсий, зрители заходили внутрь, чтобы наконец «увидеть», но обнаруживали только пустую фанерку. Именно с этого разочарования начиналась экскурсия. Потому что «1:1» — это не выставка-объект, а процесс: перемещение, слушание, обсуждение, чтение, ожидание, и, в финале, трехсекундная вспышка изображения на вокзальном экране.

Работа сама словно отказывалась быть увиденной. Чем сильнее ожидание, тем чувствительнее точка его срыва. Нам было важно, чтобы зритель не «приходил посмотреть», а втягивался в процесс, некую форму социального ритуала, где каждый шаг — не потребление, а участие. Поэтому маршрут состоял из трёх частей: окно, белый куб и вокзал. Промежуточные пустые состояния, особенно фанера, создавали внутреннюю необходимость говорить, обсуждать, достраивать смысл.

Маршрут проходил мимо здания Ростовского УФСБ, и мы обсуждали акцию «Х…й в ПЛЕНу у ФСБ» арт-группы «Война» — это добавляло к маршруту отсылку на первую работу Виктора «1:65» из серии Масштабы, где художник поместил изображение «Х…Я» внутрь дощечки. Мы говорили о московском акционизме: от Э.Т.И. до Павленского (внесён в реестр иностранных агентов), и это была не лекция, а живая, немножко шаткая речь, как сама память о протесте. У нас с Виктором общий учитель — Анатолий Осмоловский (внесён в реестр иностранных агентов). Его анализ акционизма был для нас точкой входа в тему.

Особенное внимание мы уделяли теме взгляда. Этот проект устроен так, что власть взгляда постоянно смещается: сначала ты как зритель ничего не видишь и чувствуешь себя исключённым, потом ты заходишь внутрь и взгляд получает контроль, но тут же утрачивает предмет. В финале — сканер на вокзале, где взгляд становится публичным: экран наконец-то делает работу видимой. В этот момент зритель становится немного охранником, а сканер — немного кинопроектором. Это оборачивает паноптическую логику: не нас смотрят — мы смотрим. В результате мы возвращаемся к вопросу: что значит быть увиденным — и кто в итоге удерживает контроль над взглядом?